— И что мне делать? Сидеть и смотреть, как всё катится к чертям? Ты хоть понимаешь, в какой мы яме?
— Не смей винить меня за то, что я защищаю своё! — Лариса повысила голос, её кулаки дрожали. — Эта квартира — от мамы. Я сохранила её. А ты хочешь продать, как ненужную игрушку!
В этот момент на пороге появилась Алена, отряхивая перчатки. Она замерла, глядя на родителей.
— Мам, пап, что происходит?
— Твой отец решил поиграть в диктатора, — выпалила Лариса, не оборачиваясь.
— А твоя мама считает, что всё решается только её мнением, — огрызнулся Борис.
Алена устало вздохнула, снимая шарф.
— Мам, ну правда, зачем тебе эта квартира? Ты там даже не живёшь.
— Серьёзно? — Лариса резко обернулась к дочери. — Ты тоже думаешь, что её нужно продать?
— Мам, я понимаю, что она важна для тебя. Но давай будем честными: сейчас важнее деньги.
Эти слова больно ударили Ларису. Она смотрела на дочь, словно пытаясь понять, действительно ли это она сказала.
— Ты выросла в этой квартире. Там прошло твоё детство. И теперь ты считаешь, что это ничего не значит?
— Мам, я не говорю, что это неважно, — Алена смягчила тон. — Просто… иногда нужно принимать сложные решения.
— Сложные? — Лариса горько усмехнулась. — Нет, Алена. Это не решение. Это предательство.
— Мам, ты преувеличиваешь! — Дочь нахмурилась, но голос её дрогнул.
— Думаешь? — Лариса с трудом проглотила комок в горле. — Я надеялась, что хотя бы ты меня поймёшь. Видимо, зря.
— Лара, хватит, — вмешался Борис, строго глядя на неё. — Давай просто всё обсудим.
— Нечего обсуждать. — Она повернулась к оценщику. — Уходите.
Мужчина только кивнул, даже не пытаясь возражать. Он выскользнул за дверь, словно спасаясь бегством.
Лариса бросила на Бориса и дочь тяжёлый взгляд.
— Делайте, что хотите. Но я так это не оставлю, — бросила она и ушла в спальню, захлопнув дверь.
В наступившей тишине Борис взглянул на Алену.
— Может, ты попробуешь с ней поговорить?
— Пап, может, ты сам придумаешь, как её успокоить? — устало отозвалась она.
***
Лариса сидела на кровати, обхватив голову руками. По щекам текли слёзы, но внутри начала зарождаться твёрдая решимость. «Если они не хотят меня слушать, я заставлю их понять», — подумала она, вытирая мокрые глаза.
В спальне Лариса сидела в тишине. Её взгляд скользил по старым фотографиям, висящим на стене, но она ничего не видела. Ещё полчаса назад она была готова кричать, ссориться до хрипоты, но теперь ощущала лишь глухую усталость. Дочь, муж… Все будто сговорились. Даже Алена, её единственная поддержка, вдруг оказалась на стороне Бориса.
Она глубоко вдохнула, с трудом подавив желание снова расплакаться. «Так, хватит», — подумала она. В памяти всплыли мамины слова: «Если за тебя никто не вступится, ты должна встать за себя сама». Лариса резко встала, достала из комода телефон и, найдя в списке контактов имя «Виктор Константинович (адвокат)», нажала на вызов.
— Виктор Константинович? Здравствуйте, это Лариса Николаевна. Мне срочно нужна ваша помощь.
