— А как же твои опасения? Мы же хотели сохранить небольшие личные бюджеты.
— Я передумал, — просто сказал он. — Если уж меняться, то по-настоящему.
Марина внимательно посмотрела на мужа:
— Что с тобой происходит, Сереж? Эти разговоры о чувствах, о семье. Ты раньше не был таким.
— Или был, но ты не замечала, — мягко возразил он. — Знаешь, когда Катя сказала, что я для нее как банкомат, я многое переосмыслил. В том числе и наши отношения.
Марина вдруг поняла, что действительно никогда не видела в нем того, кто говорит о чувствах. Практичный, рациональный Сергей. Может, она сама загнала его в эти рамки?
— Хорошо, — кивнула она. — Давай попробуем. Общий счет, общий бюджет, общие решения.
Они открыли новый совместный счет и перевели туда все сбережения. Это было странное чувство — видеть все их деньги вместе, без разделения на «твое» и «мое». Страшно и. правильно.
Катя действительно переехала к ним на лето. Первые дни были неловкими — все ходили на цыпочках, боясь задеть чужие чувства. Но постепенно жизнь налаживалась. Катя и Кирилл нашли общие интересы — видеоигры, фильмы, даже совместные прогулки на великах. Марина и Катя вместе готовили ужины, и девочка оказалась на удивление хорошей помощницей.
— Я у мамы никогда не готовлю, — призналась она однажды. — Она говорит, успею еще наготовиться в жизни.
— А тебе нравится? — спросила Марина, нарезая овощи для салата.
— Очень, — кивнула Катя. — И вообще. у вас хорошо. Уютно.
Это короткое «у вас» кольнуло Марину. Катя все еще не чувствовала себя частью их семьи.
— У нас, — мягко поправила она. — Ты тоже часть этой семьи, Кать.
Девочка подняла на нее глаза — серые, как у отца, но с какой-то затаенной грустью.
— Правда? — спросила она тихо. — А если ты с папой. ну, разойдетесь? Что тогда?
Вот оно что. Страх, знакомый всем детям из разведенных семей.
— Мы с твоим папой не планируем расходиться, — серьезно ответила Марина. — Но даже если что-то случится, ты все равно останешься для меня важным человеком. Мы не перестанем общаться.
Она не знала, верит ли сама своим словам. Но видела, как важно это для Кати.
Ночью Марина пересказала мужу разговор с Катей.
— Конечно она боится, что ее бросят, — Сергей помрачнел. — Я ж так и сделал, когда ушел от Ленки.
— Да ладно, ты просто жил отдельно, — попыталась смягчить Марина.
— Ага, заскакивал раз в неделю, сунуть деньги и спросить про школу, — скривился он. — Отец года, блин.
Марина прижалась к нему:
— Ты молодец, что пытаешься все исправить. Многие б забили.
— Знаешь, — неожиданно сказал Сергей, — спасибо нашему денежному кризису.
— В смысле? — опешила она.
— Без него так бы и тлели дальше. Я б не заикнулся про Катьку, ты б не пошла на уступки.
К сентябрю их жизнь стала другой. Из четырех одиночек под одной крышей они превращались в настоящую семью. Со своими приколами, обычаями и даже с ссорами — но такими, после которых не остается горечи.
Перед отъездом Катя заметно погрустнела.
— Что стряслось? — спросила Марина, когда они остались наедине.
