— Я не знаю, что делать! Кирилл говорит, нам грозит банкротство! Коллекторы звонят! Дети… дети не должны страдать из-за наших ошибок!
Лида и Нина переглянулись.
— Так, — Нина села напротив Веры. — Давай по порядку. Сколько вы должны?
***
В больничной палате было тихо. Анна Петровна лежала, подключённая к капельнице, и смотрела в окно. Там, за стеклом, падал первый снег — ранний, октябрьский, который к утру растает.
— Мама, как ты? — Лида осторожно присела на край кровати.
— Лучше, доченька. Давление нормализовалось.
— Мы тут… поговорили с Верой, — Лида взяла мать за руку. — Она… она рассказала всё.
— Всё? — Анна Петровна вздохнула. — И что теперь?
— Теперь будем решать проблемы. Все вместе.
В палату вошли Вера и Нина. Вера выглядела осунувшейся, глаза опухли от слёз.
— Мама, — она подошла к кровати с другой стороны. — Мама, прости меня. Я… я всё исправлю. Мы отменим дарственную.
— Верочка, — Анна Петровна протянула руку к старшей дочери. — Почему ты сразу не сказала, что у вас проблемы? Зачем было… так?
— Я… я не знаю, — Вера всхлипнула. — Мне было стыдно. И страшно. И… и правда казалось, что вы все любите Лидку больше.
— Глупая, — Анна Петровна покачала головой. — Разве можно детей любить по-разному? Вы все мои, все родные.
— Мы придумали, как помочь Вере с долгами, — сказала Нина, присаживаясь в ногах кровати. — Я могу продать дачу — всё равно мы туда почти не ездим. Лида согласна взять кредит под залог этой квартиры, а уже выплачивать будем все вместе.
— А квартира останется Лиде, — твёрдо сказала Вера. — Это справедливо. Она с тобой, мама. Она заслужила.
— Не в квартире дело, — тихо произнесла Анна Петровна. — А в том, что вы… что мы семья. И должны держаться вместе. Беречь друг друга.
За окном снег падал всё гуще, укрывая землю белым покрывалом. Анна Петровна смотрела на своих дочерей — таких разных и таких родных — и думала, что никакая квартира, никакие деньги не стоят той боли, которую они причинили друг другу. Но, может быть, эта боль была нужна, чтобы они наконец поговорили по-настоящему? Чтобы увидели друг в друге не соперниц, а сестёр?
— Знаете что, — вдруг сказала она, приподнимаясь на подушке. — А давайте я вам историю расскажу. Про то, как мы с вашим отцом эту квартиру получали. Вы ведь не знаете…
— Какую историю? — удивилась Нина.
— Долгую, — улыбнулась Анна Петровна. — И не очень простую. Но, думаю, сейчас самое время её рассказать.
Три сестры придвинулись ближе, как в детстве, когда мама читала им сказки перед сном. За окном падал снег, в палате было тепло, и что-то важное, что долго разрушалось, начинало понемногу восстанавливаться.
