— В его доме — да. А здесь — нет, — отрезала хозяйка. — Это моя собственность, которую ваш сын и его жена арендовали на конкретных условиях. — Она открыла блокнот: — Итак, проживание двух дополнительных гостей за четыре дня составит…
Названная сумма заставила свекровь позеленеть.
— Это грабеж! Мы не собираемся платить такие деньжищи!
— Тогда вам придется освободить помещение. Прямо сейчас, — спокойно ответила Марина Викторовна.
— Это как — освободить? — Лидия Петровна сдулась. — Куда мы пойдем на ночь глядя?
— У меня есть свободный домик, — как бы нехотя сообщила хозяйка. — Крохотный, но для двоих сойдет. Могу предложить со скидкой. Заплатите за четыре дня, что уже прожили, и за аренду до конца отпуска.
Лидия Петровна разразилась речью о том, что никуда не поедет, но Марина Викторовна была как танк:
— Либо оплачиваете жилье здесь, либо переезжаете в отдельный дом со скидкой, либо… вызываю полицию. У меня все бумаги на руках, договор с указанием числа жильцов. А ваше нахождение тут без регистрации и оплаты — это нарушение.
— Паша, ну скажи ты ей! — взвизгнула Лидия Петровна, вцепившись в сына.
Павел метался взглядом между матерью и хозяйкой, словно не знал, куда деваться.
— Мам, может, и правда… тебе там будет лучше? — наконец выдавил он. — Ты ж сама говорила, что тут тесно…
— Предатель! — Лидия Петровна трагически вскинула руку к груди. — Родную мать на улицу выставляешь!
— Никто никого на улицу не гонит, — отрезала Марина Викторовна. — Домик на соседней улице с отдельным двориком. И цена смешная.
— Сколько? — сдалась Лидия Петровна.
Марина Викторовна назвала сумму. По лицу свекрови было видно, что это куда меньше, чем она ожидала.
— Но как же Пашенька? — сделала последнюю попытку Лидия Петровна. — Он без меня заскучает!
— Мама, мы будем каждый день видеться, — устало сказал Павел. — Вместе на пляж ходить, обедать…
— Но не жить в одном доме, — отчеканила хозяйка. — Ну что, согласны?
Через полчаса Лидия Петровна и Ксения, хмурые как грозовые тучи, собирали манатки. Когда Павел вызвался проводить их до нового жилья, мать закатила глаза:
— Не утруждайся! Оставайся с женушкой. Она, небось, счастлива, что избавилась от нас. Всегда мечтала семью твою развалить.
Павел побледнел. Анна решила вмешаться:
— Лидия Петровна, мы совсем не против, чтобы вы жили рядом. Будем часто встречаться. Просто в этом доме правда тесновато для четверых, а вы заслуживаете комфорта.
Свекровь смерила ее недоверчивым взглядом, но промолчала. Когда дверь за родственничками захлопнулась, в доме повисла тишина.
— Это ведь ты хозяйку подговорила? — нарушил молчание Павел.
Анна хотела соврать. Но решила, что новую страницу их отношений лучше начать с правды.
— Я просто пожаловалась ей, а план был ее, — честно сказала она. — Паш, пойми меня. Я больше не могла так. Это наш отпуск, наш медовый месяц, который мы не смогли позволить себе три года назад. Я не хотела делить тебя с мамой и плясать под ее дудку.
Павел вздохнул и вдруг улыбнулся:
