Юна почувствовала, как кровь приливает к лицу. Дмитрий виновато опустил глаза. Ему не следовало рассказывать матери о том, как они отметили его повышение.
— Ирина Петровна, я думаю, мы вправе решать, как нам распоряжаться своими деньгами, — сказала Юна, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Конечно-конечно, — замахала руками свекровь. — Только потом не плачьтесь, что на квартиру не хватает. Вот у соседки Верочки сын со снохой уже вторую квартиру купили, а всё потому что экономят. Никаких излишеств! А у вас что? То аромалампа какая-то за бешеные деньги…
— Аромадиффузор, — поправила Юна.
— Да хоть горшок назови! — отмахнулась Ирина Петровна. — Деньги-то потрачены. А на что? На воздух! Вон, освежитель в туалете повесь, тот же эффект. Или это, как его… одеколон Митин разбрызгай.
Юна закусила губу. Ей захотелось взять нож и нарезать им не травы, а что-нибудь другое. Или кого-нибудь.
— Мама, мы очень ценим твои советы, — вмешался Дмитрий, видя, как напряглась жена. — Но мы справляемся.
— Справляетесь? — Ирина Петровна фыркнула, как рассерженная кошка. — А я вчера видела, как к вашему подъезду машина подъехала. Доставка продуктов, да? Это что за блажь такая? Ноги отсохнут до магазина дойти?
Юна резко положила нож.
— Я доктор философских наук, Ирина Петровна. И да, я предпочитаю тратить своё время на научную работу и преподавание, а не на стояние в очередях.
— Ой-ой-ой, доктор наук у нас! — передразнила свекровь. — А в магазин сходить — корона упадёт? В моё время…
— В ваше время, — перебила её Юна, — женщины тратили половину жизни на бытовую рутину. Я предпочитаю жить иначе.
— Митя! — Ирина Петровна повернулась к сыну, требуя поддержки. — Ты слышишь, как она разговаривает? Я ей добра желаю, советую, как деньги сэкономить, а она…
— Мамуль, — Дмитрий нервно потёр переносицу, — мы правда очень тебе благодарны, но…
— Я вижу, кто тут в доме хозяин, — перебила его мать. — Хорошо воспитала тебя, нечего сказать! Женка на шею села и погоняет!
Повисла тяжёлая пауза. Юна почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Три года она терпела подобные выпады, пытаясь сохранить мир в семье. Три года притворялась, что не замечает бесцеремонных вторжений, непрошеных советов, контроля над каждой копейкой.
— Ирина Петровна, — её голос звучал неожиданно твёрдо. — Мы с Дмитрием равноправные партнёры. Мы оба работаем, оба зарабатываем и вместе решаем, как тратить деньги.
— Да что ты говоришь? — свекровь театрально всплеснула руками. — А я-то думала, Митенька тебя содержит!
Это была последняя капля. Юна медленно сняла фартук и повесила его на крючок.
— Я без ваших советов разберусь, куда мне тратить свои деньги — заявила свекрови Юна. И, кстати, не только свои. Дмитрий тоже прекрасно обходится без инструкций по каждому рублю.
Ирина Петровна побагровела и повернулась к сыну:
— Вот! Вот как она со мной разговаривает! А ты стоишь и молчишь!
