— Помнишь, как мы познакомились? — вдруг спросила Юля. — Ты тогда только устроился в свою компанию, снимал комнату в коммуналке. И мечтал не о престижном районе, а о том, чтобы стать хорошим специалистом. Помнишь, что ты сказал при первой встрече?
Андрей слабо улыбнулся:
— Помню. Сказал, что никогда не встречал девушку, которая так искренне улыбается.
— А еще?
— Что в этой квартире удивительно теплая атмосфера. И что я бы хотел, чтобы у наших детей был такой же уютный дом.
— Вот именно, — Юля подошла к мужу и взяла его за руку. — А теперь ты хочешь все это променять на «престиж». Знаешь… Твой Верещагин через год съедет из своего «Центрального парка». Потому что не потянет ипотеку. А мы будем здесь. И наши дети будут расти здесь. И будут помнить не мраморные полы и консьержа с каменным лицом, а запах пирожков от соседки и звуки пианино по вечерам.
Человеческая память состоит из таких мелочей — запахов, звуков, случайных разговоров. И счастье не в квадратных метрах и пафосном адресе, а в тех моментах, которые делают дом — домом.
Андрей отошёл от окна и тяжело опустился в старое бабушкино кресло. Его взгляд скользнул по стенам, увешанным фотографиями, остановился на большом портрете бабушки.
— Знаешь, — начал он после долгого молчания, — а ведь я завидую тебе. У тебя есть что-то настоящее. История. Корни. А у меня… У меня только эти бесконечные планёрки, отчеты и галстуки за пятнадцать тысяч.
Юля присела на подлокотник кресла:
— Ты правда думаешь, что галстук сделает тебя счастливее?
— Нет, конечно. Но пойми… На работе все только и говорят о новых машинах, квартирах, часах. И я… я чувствую себя неудачником. Вроде и работаю не хуже других, а все равно будто отстаю от жизни.
— А помнишь, что ты говорил три года назад? Когда делал предложение?
Андрей невольно улыбнулся:
— Что я самый счастливый человек на свете, потому что встретил тебя.
— И что еще?
— Что мне плевать на деньги, потому что главное — это…
— Главное — это быть вместе, — закончила за него Юля. — И строить свою жизнь, а не копировать чужую. Куда всё это делось, а?
В дверь снова позвонили. На этот раз пришла Светлана с четвертого этажа, молодая мама двоих детей:
— Юля, извини за поздний визит. Слушай, у тебя не найдется немного муки? У детей ярмарка завтра в школе, хочу блинов напечь, а магазины уже закрыты…
— Конечно, проходи! — Юля направилась на кухню. — Помнишь, как мы в прошлом году всем домом Масленицу праздновали? Во дворе столы накрыли, каждая квартира что-то готовила…
— Еще бы не помнить! — рассмеялась Светлана. — Твоя бабушка тогда такие блины пекла — пальчики оближешь. И рецептом со всеми делилась. Кстати, — она понизила голос, — я слышала… ну, про продажу квартиры. Вы это серьезно?
Андрей, который все еще сидел в кресле, вдруг встал и подошел к женщинам:
— Нет, не серьезно. Это я… глупость придумал. Никуда мы не переедем.
Светлана улыбнулась:
