— Вот и правильно! А то дети мои расстроились, когда услышали. Петька говорит: «Мам, а кто теперь будет нам помогать с математикой?» Юля же у нас всему дому репетитор бесплатный.
Когда Светлана ушла, унося пакет с мукой и обещание обязательно принести блинов завтра, Андрей притянул жену к себе:
— Прости меня. Я… я правда запутался. Знаешь, сегодня утром Верещагин хвастался своей новой квартирой. Показывал фотки на телефоне — все такое блестящее, модное. И я подумал…
— Что все наше — старое и немодное?
— Да. Глупо, да?
— Знаешь, — Юля высвободилась из объятий и подошла к серванту, — когда бабушка болела, она много говорила о жизни. Она сказала однажды «В погоне за чужим счастьем очень легко потерять свое. Главное — не гнаться за призраками, а беречь то, что имеешь».
Она открыла дверцу серванта и достала старую шкатулку:
— Я никому это не показывала. Даже тебе. Здесь бабушкины дневники. Она начала их вести, когда переехала в эту квартиру. Тогда папе было пять лет. Смотри…
Юля открыла одну из тетрадей:
— «Сегодня впервые затопили печь в новой квартире. Сашенька бегает по комнатам и кричит, что это самый лучший дом на свете. Может, он и прав. Стены еще пахнут краской, в углах пыль, но здесь уже чувствуется что-то особенное. Какое-то тепло. Не от печки — от чего-то большего…»
Андрей осторожно взял тетрадь:
— А это… можно почитать?
— Конечно. Знаешь, я часто их перечитываю. Особенно когда грустно или трудно. Здесь вся жизнь — и радости, и горести. Как папа пошел в первый класс. Как я родилась. Как мама… ну, ты знаешь. И про тебя тоже есть.
— Про меня?
— Да. Вот, смотри: «Сегодня Юленька привела своего молодого человека. Хороший парень, глаза добрые. И главное — на Юлю смотрит так, как надо. Не на квартиру, не на машину — а на нее саму. Дай Бог, чтобы не испортила его эта современная погоня за богатством. Чтобы сумел сохранить в себе человека».
Андрей закрыл тетрадь и долго молчал.
— Я подведу твою бабушку, да? — наконец спросил он тихо. — Она в меня верила, а я…
— Ничего ты не подведешь, — Юля забрала тетрадь и положила обратно в шкатулку. — Ты просто немного заблудился. С кем не бывает? Главное — вовремя понять, что сбился с пути.
— А Верещагин со своим повышением пусть подавится, — вдруг твердо сказал Андрей. — Знаешь, что я сегодня видел? Он в кафе сидел, один. С таким лицом… будто лимон съел. А у нас здесь…
— У нас здесь жизнь, — улыбнулась Юля. — Настоящая. Со скрипучим паркетом, старой проводкой и соседями, которые слышат каждый чих. Зато когда заболеешь — обязательно принесут куриный бульон. И когда радость — разделят ее с тобой.
В этот момент с лестничной площадки донеслись громкие голоса. Юля выглянула в коридор:
— Кажется, у Николая Петровича гости.
— В такой поздний час? — удивился Андрей.
— Точно! Это же его сын приехал, Димка. Помнишь его? Он еще на нашей свадьбе был, все с моей подругой Леной танцевал.
Из-за двери доносился взволнованный голос Николая Петровича:
