Варвара вспыхнула, её идеальный макияж не мог скрыть красных пятен, выступивших на щеках: — Ты несправедлив! Я любила дедушку!
— Любила? — Игорь почти выкрикнул это слово. — Ты даже на похороны опоздала! Сказала, что важная встреча! Какая встреча может быть важнее, чем проститься с человеком, которого ты якобы любила?
Варвара отвела взгляд, нервно теребя браслет на запястье.
— Ты не понимаешь… Мне было тяжело. Я не могла видеть его… таким.
— А мне, думаешь, легко было? — Игорь почувствовал, как голос предательски дрогнул. — Я держал его за руку, когда он умирал. Я слышал его последние слова. Я закрыл ему глаза.
Варвара молчала, и это молчание было красноречивее любых оправданий.
— И знаешь, что он сказал перед смертью? — продолжил Игорь тише. — «Береги дом, Игорёк. Это не просто стены. Это память. Наша с тобой».
Варвара встала и подошла к окну. За стеклом город жил своей жизнью — спешащие люди, сигналящие машины, вечная гонка за чем-то эфемерным.
— Я понимаю твои чувства, — наконец произнесла она, не оборачиваясь. — Но давай будем реалистами. Дом нуждается в ремонте. Он далеко от цивилизации. Что ты будешь там делать? Картошку сажать?
Игорь усмехнулся: — А почему бы и нет?
Варвара повернулась, глядя на брата как на сумасшедшего: — Ты серьезно? Бросить все и уехать в глушь? Ты же программист, а не фермер!
— Я могу работать удаленно, — пожал плечами Игорь. — А насчет ремонта — я справлюсь. Дед многому меня научил.
Варвара покачала головой: — Это всё романтические бредни. Ты через месяц взвоешь от скуки и одиночества.
— Может быть, — согласился Игорь. — Но это мой выбор и моё право на ошибку.
— А как же я? — вдруг спросила Варвара, и в её голосе прорезались жалобные нотки. — У меня ипотека, Миша в частной школе, после развода я еле держусь на плаву…
Игорь почувствовал, как к горлу подкатывает горечь. Всё тот же сценарий. Варвара в роли жертвы, которую все должны спасать.
— У тебя хорошая работа, — сказал он. — И квартира в центре. И новый мужчина, насколько я знаю. Не изображай нищенку, Варя. Тебе не идет.
Сестра замерла, её глаза опасно сузились: — Ты всегда был эгоистом, Игорь. Всегда!
— Эгоистом? — Игорь рассмеялся, хотя смеяться не хотелось совсем. — Это я эгоист? Кто сидел с дедом в больнице? Кто возил его на обследования? Кто чинил крышу в прошлом году, пока ты отдыхала на островах?
Варвара поджала губы: — Ты всё это делал, чтобы выслужиться перед ним! Чтобы получить наследство!
Игорь вдруг почувствовал страшную усталость. Будто все жизненные силы разом покинули его тело.
— Знаешь, Варя, — тихо сказал он. — Ты можешь думать что угодно. Можешь даже подать в суд и попытаться оспорить завещание. Но правда в том, что я просто любил деда. А он любил меня. И дом этот — последнее, что у меня от него осталось.
В комнате повисла тяжелая тишина. Было слышно только тиканье старых часов на стене — тех самых, что когда-то принадлежали деду, а потом перекочевали в городскую квартиру.
