В комнате пахло свежими яблоками и легкой тревогой. Старшая села, поджав ноги, младшая напротив — сжала руки.
— Я долго думала. Очень долго. И понимаю, что это прозвучит, как… как что-то странное. Но тебе нужно знать.
Анна напряглась.
— Только не говори, что он тебе кажется подозрительным или что он женат. Я правда не выдержу сейчас новую драму.
— Нет. Он не женат, и не маньяк, — Лиза чуть улыбнулась, хотя глаза ее были серьезны, — он донор.
— Донор? Какой еще донор?
— Биологический, он отец Степы. Тот самый, кого я выбрала тебе через программу. Это — он.
Комната будто застыла. Даже фоновый шум мультфильмов показался слишком громким, нарушая тишину.
Анна посмотрела на Лизу, будто она только что перевернула стол, за которым они оба обедали.
— Это шутка? — спросила тихо.
— Нет, — Лиза покачала головой, — я проверила в базе. Я же выбирала тебе донора, помнишь? Им оказался он. Все совпадает: дата, анкета, фото. Я ввела его имя, чтобы убедиться. И да — это он.
— Ты серьезно? — голос Анны дрогнул.
— Абсолютно. Я же говорила, что знаю его…
Анна встала, медленно прошлась по комнате, потом резко развернулась.
— И ты все это время молчала? Наблюдала за ним, как он рядом с нами, и не сказала ни слова?
— Я не сразу поняла, — Лиза опустила глаза.
— Вот именно. Ты должна была сказать сразу. Это как нож в спину.
Анна подошла к кроватке, где спал Степа. Присела рядом, погладила его по голове. Мальчик тихо сопел, прижимаясь к своей мягкой собаке — той самой, которую принес Алексей.
— Он все чувствует, Лиза. Он тянется к нему с самого начала, — Анна смотрела на сына.
— Я знаю, — тихо ответила Лиза.
— А теперь? Что теперь? Мне сказать ему правду? А если он уйдет? А если останется только из-за чувства долга?
Лиза встала, подошла к окну и посмотрела на улицу.
— Я не знаю, как правильно, — сказала она, не оборачиваясь, — но я поняла: если я промолчу, тебе будет только хуже. Потому что вы уже связаны, уже привязались друг к другу. И лучше услышать это от меня, чем случайно, где-то потом.
Анна молчала, потом тихо спросила:
— Ты думаешь, мне от этого легче?
— Нет, — Лиза подошла ближе, положила руку ей на плечо, — тебе сейчас тяжело. Но правда — это не конец. Это начало чего-то другого. Я верю, что вместе вы справитесь.
Анна присела на пол рядом с кроваткой, глубоко вздохнула и погладила сына.
— Он просто спит, — прошептала она. — как будто ничего не изменилось. А у меня внутри все трещит по швам.
В груди было тяжело. Не больно, а глухо — словно окутали вопросами, на которые нет ответа.
Самый главный вопрос звучал так:
— Сказать? Или нет?
— Решай сама, сестренка, — тихо сказала Лиза и оставила сестру думать.
Анна не нашла ответа. Только ощущение, что время подталкивает — вот-вот, сейчас.
И как будто в ответ — звонок в дверь прозвучал на следующий день.
Алексей стоял в проеме. В руке — пакет, из него торчал хвостик мягкой игрушки. Улыбка осторожная. Как у человека, который боится лишнего шага.
