Когда Соню неожиданно увезли в больницу с подозрением на аппендицит, она была абсолютно уверена, что её имущество — и дача, и квартира — находятся в надёжных руках. Муж Борис клятвенно обещал навещать её каждый день, а свекровь, Зинаида Павловна, с видом оскорблённой невинности, даже перекрестилась и торжественно поклялась, что без разрешения даже на порог дачи не ступит.
«Не волнуйся, Сонечка, поправляйся, — ворковала свекровь, заботливо поправляя одеяло в скорой помощи. — Какая дача? О чём ты? Я и думать о ней забуду».
Но наивная Соня, конечно же, и представить не могла, какие планы зрели в голове у Зинаиды Павловны все эти месяцы. А ведь это была заноза в сердце свекрови — то, что Соня упорно не разрешала приводить на дачу никого из её многочисленных друзей и знакомых. Зинаида Павловна, женщина на пенсии весьма общительная и деятельная, с активной общественной жизнью и железной хваткой организатора, чувствовала себя глубоко уязвлённой.
И вот теперь, провожая скорую взглядом, она уже мысленно составляла список гостей. Не успела машина скрыться за поворотом, как Зинаида Павловна, оглядываясь по сторонам, словно матёрый преступник из криминальных сериалов, сняла с крючка связку ключей от дачи. Через час она уже ступила на ухоженную, сверкающую чистотой и порядком территорию, как настоящая хозяйка.
— Боже ты мой, благодать-то какая! — с театральным вздохом произнесла она, широко раскинув руки на веранде. — Просторы, тишина, птички поют… Мангал стоит одинокий, пылью покрывается, на качельках никто не качается. А ведь мои дорогие друзья-то скучают! Разве можно такую красоту от людей прятать?
Первым делом свекровь схватилась за телефон и позвонила Любови Яковлевне — бессменному руководителю хора ветеранов труда, в котором сама Зинаида Павловна блистала как сопрано.
— Любаша! — заговорщически прошептала она в трубку. — У меня для тебя новость. Дача освободилась! Да-да, та самая, с яблоневым садом и беседкой. Соньку в больницу увезли, аппендицит у неё. Можем посидеть культурно, с баяном, как раньше…
После Любаши настал черёд брата Коли — активного участника христианской церкви имени памяти всемирного потопа, а затем соседки по лестничной клетке Тамары, социального работника, знавшей всех пенсионеров в округе.
— А что, Зина, праздник устраиваем? — с энтузиазмом спросила Тамара.
— А то! — гордо ответила Зинаида Павловна. — И не просто праздник, а целое гуляние! Назовём «Вечер воспоминаний молодости»! Чтоб с песнями, с танцами, как в нашей юности!
Так дача Сони, пока хозяйка отходила от последствий операции, превратилась в эпицентр веселья, шашлыков, звуков баяна и хорового пения после третьей рюмки. На участке приглашённые своими силами натянули два огромных тента, а под ними расставили шесть столов с угощениями. Разноцветные гирлянды обвили яблоню, безжалостно обломав при этом несколько веток с недозрелыми плодами.
