— Ага. Честно, как в суде. Знаешь, что самое страшное в людях вроде твоей мамы? Они не лгут. Они правда верят, что делают добро.
Ирина встала.
— Хорошо. Пусть приходит. Но при одном условии.
— Каком?
— Я включаю диктофон. Потом отдам тебе запись. Чтобы ты не говорил «она не это имела в виду».
— Ты с ума сошла?
— А ты нет. Ты просто хронически не умеешь говорить слово «нет». Поэтому я скажу. Запишу. Проанализирую. И вручу тебе под роспись.
Встреча состоялась в субботу. Елена Петровна вошла в квартиру с видом принцессы, которая соизволила простить простолюдинов. На ней было строгое платье, волосы — как из рекламного буклета салона «Людмила», а лицо — каменное.
— Я пришла не ругаться, — сказала она с порога. — Я пришла… прощаться.
Ирина подалась вперёд.
— С чем именно?
— С этой квартирой. С вами. Я поняла: вы не хотите меня видеть. Вы считаете меня тираном. Ну что ж. Я сделала всё, что могла. Видимо, плохо. Но — с любовью.
Она положила на стол ключи.
— Я продала свою двушку в Капотне. Купила себе студию в Подольске. Маленькую. Зато свою. Не хочу быть обузой.
— Мама, — Дмитрий замер, — ты чего?
— А ты чего, сынок? Хотел быть взрослым — вот тебе и взрослость. У меня больше нет квартиры, куда я могу вернуться. Я — свободна. А вы — свободны от меня.
— То есть… вы больше не придёте?
— Я — нет. А борщ — могу по почте.
Она улыбнулась. Первая искренняя улыбка за всё время. Встала, поправила сумку и подошла к Ирине.
— Прости, если сможешь. Я правда пыталась. Но ты была права — это твоя территория.
— Спасибо, что поняли, — сказала Ирина. — И… удачи. В Подольске борщ тоже нужен.
— Я его там заведу, — кивнула свекровь. — Хотя бы собачке.
Через неделю Дмитрий снова позвонил матери. Она была бодра и радостна. Он положил трубку и обнял Ирину.
— Она ходит в фитнес. Завела йоркширского терьера. Зовут — Мажор.
— Ты понимаешь, что нам повезло?
— В смысле?
— Ну, не с собакой же. А с тем, что ты впервые за 10 лет сказал «нет». Маме. Ради нас.
— Я просто понял, что если выбирать между борщом и мозгами, лучше пусть ты их выносишь. По крайней мере — с логикой.
Ирина рассмеялась.
— Спасибо. Я тебе потом рецепт выноса вышлю. По почте. Вместе с хинкали.
И в квартире пахло не борщом. А свежей жизнью. Без кастрюль. С любовью. И с немного стальным, но очень человеческим «нет».
КОНЕЦ.
