Ольга сидела за старым дубовым столом, который помнил ещё их свадьбу, первую зарплату Сергея, и тот день, когда они притащили домой котёнка в авоське. Ветер трепал оконные рамы, за окном лениво скрипели качели.
Она шуршала бумагами, ища квитанцию за газ. Банальный день, обычная суета. Никаких предчувствий, никаких «знаков свыше».
— Ну где же ты, зараза… — пробурчала Ольга, перебирая папку. Она выудила из кучи какой-то договор. Уже собиралась отбросить, но взгляд зацепился за жирную надпись: «Договор дарения недвижимости». Стоп. Недвижимость? Их дом? Ларисе?
У Ольги перехватило дыхание. Пальцы сами листали страницы. Да, их дом, тот самый, что они строили, рыдая от усталости и радости, был переписан на сестру Сергея. Дата стояла свежая — всего три месяца назад.
Мир вдруг перестал быть тёплым и надёжным.
Она тупо смотрела на подписи, печати, нотариуса. Всё было законно. Всё было обдуманно. Всё было — без неё.
На кухне скрипнула дверь. Сергей, привычно чихнув, уткнулся в телефон.
— Привет… Чего там шуршишь? — рассеянно бросил он, не отрываясь от экрана.
Ольга медленно встала, держа бумаги в руке, как пистолет.
— Что это? — голос её звучал глухо.
Сергей поднял глаза, увидел бумаги, поморщился.
— Ах это… Оля, не начинай, — голос у него был усталый, как у человека, которого поймали на воровстве, но который уверен, что всё объяснит. — Это… подстраховка. Мало ли что. Тебе не надо волноваться.
— Подстраховка от чего, Сергей? — вкрадчиво уточнила она, чувствуя, как внутри поднимается волна злости. — От меня?
Он пожал плечами.
— Оля, ты же знаешь… Сейчас все так делают. Браки трещат, люди с ума сходят… Всё заранее оформляют.
— Только я, идиотка, всё ещё верила, что у нас с тобой семья.
Сергей тяжело вздохнул, как будто ему действительно было жалко её.
— Оль, не делай трагедии из ничего.
— А я и не делаю. Трагедия уже сделана. Тобой.
Он хотел что-то сказать, оправдаться, пошутить, смягчить — но махнул рукой и ушёл в спальню, закрыв за собой дверь.
Ольга стояла посреди кухни, прижимая к груди бумаги.
Ветер снова зашевелил оконные рамы, и комната на секунду показалась ей чужой.
Как и этот дом.
Как и этот мужчина.
Как и вся её жизнь. Ольга сидела на диване, обхватив колени. Рядом на столе — стакан с вином. Таня, её подруга с незапамятных времён, сидела напротив, крутя в руках зажигалку.
— Ну и скотина твой Серёжка… — задумчиво сказала Таня, щёлкая огоньком. — Я всегда говорила — у него лицо как у продавца некачественных пылесосов.
Ольга фыркнула.
— Не ври. Ты называла его «мужчина мечты».
— Мало ли что я называла в тридцать лет… — пожала плечами Таня. — Тогда я ещё думала, что шампунь «Чистая линия» решает все жизненные проблемы.
Они засмеялись. Смех был натужным, как будто обе понимали, что за ним — бездна.
— И что ты будешь делать? — спросила Таня, осторожно.
— Разводиться, — спокойно ответила Ольга. — Я не собираюсь жить с человеком, который заранее готовится от меня бежать.
Таня кивнула.
