— Ага, как кредит на тридцать лет. Вроде временно, а сдохнешь — всё равно будешь должен.
А потом случилось то, чего Мария боялась больше всего. Она пришла домой и… не смогла открыть дверь. Её собственную. Ту самую, в которой с пяти лет лежал коврик с надписью «Welcome» (он уже давно облез, и надпись стала больше похожа на «We…me», но всё равно).
Ключ не подходил.
Она позвонила Алексею. Он ответил только с третьего раза.
— Ты где? — спросила она резко.
— На работе… А что?
— А это что за сюрприз? У нас новый замок?
— А… Да. Мама вызвала мастера. Говорит, старый заедал. Я думал, ты в курсе.
— А ты подумал, как я вхожу теперь в дом, гений? Или ты ожидал, что я через окно полезу?
Он промолчал. Потом издал тот самый звук, который издают мужчины, когда у них сломался мозг, а мозг заменили приложением «Муж для чайника 2.0».
Мария стояла у двери. На улице моросил дождь. Люди проходили мимо, кто-то толкал коляску, кто-то ел шаурму, кто-то ругался по телефону. Всё — нормально. Только у неё, как в сериале, сменился жанр с мелодрамы на триллер.
И она вдруг поняла: её вытеснили. Мягко, вежливо, по-семейному. Без криков, без скандала. Просто выключили из своей же жизни, как из группового чата, где ты был админом, а потом бац — и тебя нет.
Алексей не пришёл. Он сказал: «Мама дома, она откроет».
Мария подошла к двери, нажала звонок.
Долгий гудок. Пауза. Щелчок замка.
Открыла дверь Елена Сергеевна. В халате, с бигудями, как будто снималась в рекламе 1987 года.
— А, ты… — сказала она с лёгкой усталостью. — Я уже почти легла.
— Я не могу зайти в свой дом, — сказала Мария тихо, но в голосе звенело. — Ты сменила замки без моего разрешения.
— Так они же плохо закрывались. Я для вашей же безопасности. Мало ли кто шатается по подъезду.
— А ты не подумала, что я теперь не могу попасть домой?
— Ну и где ты была до одиннадцати? Уважающая себя женщина в это время уже дома, с семьёй. А не шатается…
Мария глубоко вдохнула. Глубоко — как перед заплывом через океан.
— Ты забыла, что этот дом — мой. Мне его оставила мама. По наследству. Это не твоё жильё. Ты здесь — временно. Временно, понимаешь?
— Вот и живи тогда одна, если такая самостоятельная.
Щелчок. Дверь закрылась.
И Мария осталась стоять. В мокром пальто, с телефоном в руке, с ключами, которые больше не открывали ничего. В буквальном смысле.
А в голове пульсировала мысль: всё. Они перешли черту. И я им это не прощу. Конечно, держи вторую главу — всё по инструкции: острая, драматичная, жизненная, минимум 5000 знаков, с иронией, диалогами, внутренними конфликтами и… горячими моментами. Поехали:
Глава 2. Кого мы пускаем в дом, тот в нём и хозяйничает
Мария не спала третью ночь. Дом скрипел по-новому. То ли полы от старости, то ли от того, что всё в нём стало чужим. Даже чайник теперь свистел иначе — противным, визгливым тоном, как будто смеялся над ней.
