— У тебя месяц, чтобы найти себе другое жильё, — бросила старая женщина и встала. — Пошли, ребятки. Я сказала всё, что хотела.
Мать схватила Володю за руку:
— Сынок, а можно я пока у вас поживу? Танечка, доченька, ну ведь вы же видите — мне некуда податься!
— Мам, ты прости, но куда? У нас и так бабушка. Она останется. А тебя разве что на кухне…
Таня со свекровью даже не разговаривала. Она первая покинула этот дом — не могла простить этой женщине такого поступка.
И всё же в машине она сидела молчаливая и грустная. Бабушка Вовы потрепала её по плечу:
— Внучка, да не грусти ты! Ты не виновата. Она получила по заслугам. Да и не оставлю я её на улице. Часть денег дам ей, хватит на скромное жильё. Это я так, попугать, чтобы знала.
Таня улыбнулась старушке и кивнула:
— Ой, да мне-то за что? Тебе спасибо и Вовке. Вон, если бы не вы, не было бы меня уже…
В машине повисла уютная тишина. Каждый думал о своём. И только свекровь в панике металась по дому, рвала на себе волосы, проклиная мать покойного мужа, сына и невестку. Такую подставу ей устроили, свиньи!
