Лёша на вокзал не приехал. Он позвонил накануне, долго говорил о том, что я совершаю ошибку, что в моём возрасте начинать с нуля — безумие. «Оставайся, — уговаривал он. — Я помогу тебе с деньгами, если нужно».
— Дело не в деньгах, Лёша, — ответила я тогда. — Дело в том, что я хочу наконец начать жить свою жизнь, а не ту, которую мне отвели мама и ты.
Он не понял. Да и как он мог понять? Он никогда не был в моей шкуре.
Поезд тронулся, увозя меня от прошлого, от города, где каждый камень напоминал о несбывшихся надеждах и вечном втором месте.
Петербург встретил меня дождём и промозглым ветром с Невы. Я сняла маленькую комнату в коммунальной квартире на Васильевском острове. Хозяйка, Анна Павловна, седая женщина с цепким взглядом, окинула меня оценивающим взором:
— Значит, решили всё бросить и начать сначала? В вашем-то возрасте?
— Да, — просто ответила я.
Она неожиданно улыбнулась.
— Уважаю. Сама в сорок пять развелась с мужем и уехала из Саратова. Лучшее решение в моей жизни.
Так я обрела первого друга в чужом городе.
Работу нашла не сразу. Обошла несколько фирм, отправила десятки резюме. Везде вежливо отказывали, увидев возраст. «Мы ищем более… энергичных сотрудников», — говорили мне, стараясь не смотреть в глаза.
Деньги таяли. Я начала подумывать о возвращении. И тут позвонила Вера.
— Ты не поверишь! — в её голосе звучало возбуждение. — Лёша продаёт мамин дом.
— Что? — я опустилась на кровать. — Но он же всегда говорил, что никогда…
— Видимо, передумал. И знаешь, что ещё? Он разводится с Татьяной. Она застала его с какой-то молоденькой практиканткой из его лаборатории.
Я закрыла глаза. Лёша, всегда такой правильный Лёша. Образцовый сын, муж, отец. Маленький городок будет гудеть от этой новости месяцами.
— Он звонил тебе, спрашивал, как ты устроилась, — продолжала Вера. — Я сказала, что ты в порядке, нашла работу и счастлива.
— А ты бы хотела, чтобы он знал, что ты на мели? — в её голосе прозвучала сталь. — Он бы тут же начал тебя жалеть и предлагать вернуться. Ты этого хочешь?
Я улыбнулась. Вера всегда меня понимала лучше всех.
— Нет, не хочу. Спасибо.
После разговора я долго сидела у окна, глядя на дождливый Петербург. Интересно, получила бы я хоть что-то из наследства, если бы осталась? Если бы продолжала быть тихой, удобной Мариной, которая всегда уступает?
Ответ пришёл сам собой: нет. Мама выбрала Лёшу не в последнюю минуту жизни — она выбирала его каждый день с момента нашего рождения.
Спустя месяц я всё же нашла работу — в небольшой компании, занимающейся производством экологически чистой косметики. Владелица, Софья Михайловна, женщина моих лет с короткими седыми волосами и яркой помадой, сразу предупредила:
— Платить много не могу, но работы будет по горло. Справитесь?
— Справлюсь, — уверенно ответила я.
И действительно справлялась. Быстро разобралась с запущенной бухгалтерией, внедрила новую систему учёта, нашла способы оптимизировать налоги.
