— Она пыталась встать… Я отвернулся на секунду… Она такая тяжёлая, я не удержал… — бормотал Сергей.
Надя быстро осмотрела пожилую женщину. Вроде, обошлось без новых повреждений.
— Помоги мне поднять её на кровать, — скомандовала она.
Вдвоём они с трудом подняли грузное тело. Анна Васильевна стонала, её лицо исказилось от боли. Надя принялась осматривать её более внимательно, попутно задавая вопросы:
— Анна Васильевна, где болит? Голова кружится? Тошнит?
Свекровь с трудом пошевелила губами, из глаз катились слёзы. Сергей беспомощно топтался рядом.
— Вызывай скорую, — бросила Надя. — На всякий случай.
Пока ждали врачей, она сделала свекрови укол обезболивающего. Анна Васильевна немного успокоилась, но по-прежнему тихо всхлипывала.
— Видишь, что получается? — тихо сказал Сергей. — Я не справляюсь. Не могу уследить за ней. Если бы ты была дома…
— Если бы я была дома, то сошла бы с ума, — так же тихо ответила Надя. — И она, и ты это прекрасно понимаете. Я не нянька, я медсестра. Выматываюсь на работе, прихожу — и снова работа. Когда мне жить, Серёж?
— А ей жить? Ей каково — лежать беспомощной и ждать, пока кто-то соизволит прийти и помочь?
— Поэтому нам и нужна сиделка. Профессионал, который будет с ней целый день.
— Ладно. Продам машину. Но имей в виду — если что-то случится с мамой из-за этой сиделки, я тебе не прощу.
Приехавшая скорая осмотрела Анну Васильевну и успокоила: серьёзных повреждений нет, но нужно наблюдение. Могут быть осложнения.
— Ей нельзя оставаться одной, — сказал врач на прощание. — Нужен постоянный уход.
Надя и Сергей переглянулись, но промолчали.
После отъезда скорой они молча пили чай на кухне. Каждый думал о своём.
— Знаешь, что самое обидное? — наконец сказала Надя. — То, что ты даже не пытаешься понять меня. Для тебя моя работа — это так, блажь, каприз. А ведь я спасаю людей. Каждый день.
— А моя мать — не человек? Её не нужно спасать? — огрызнулся Сергей.
— Её и нужно спасать! Но не ценой моей карьеры, не ценой нашего благополучия! Неужели ты не видишь, что я на пределе? Что я уже месяц живу как зомби?
— Вижу. Но и ты пойми — она моя мать. Я не могу бросить её в таком состоянии.
— Никто и не говорит о том, чтобы бросить! Мы найдём сиделку, хорошую, опытную. Я буду её контролировать, помогать по вечерам и выходным.
Сергей отодвинул пустую чашку:
— Знаешь, я всегда думал, что ты, как медик, с пониманием отнесёшься. Что ты сама предложишь помощь. А ты…
— А я что? — тихо спросила Надя. — Недостаточно делаю? Недостаточно жертвую?
— Именно так. Ты не желаешь жертвовать своей драгоценной карьерой. Для тебя работа важнее всего.
— А для тебя что важнее? Мать или жена? — прямо спросила Надя. — Ты готов пожертвовать нашим браком ради её удобства?
— При чём тут наш брак? Я просто прошу тебя о помощи!
— Нет, Серёж. Ты не просишь, ты требуешь. Ты ставишь ультиматумы. И даже не пытаешься услышать меня.
Сергей резко встал из-за стола:
