— Ты знаешь, — продолжила она, — я вчера ночью не спала. Я думала. Думала о том, что нам делать дальше. Думала о том, что если так будет продолжаться, то мы просто… мы просто перестанем быть друг для друга кем-то. Мы станем чужими.
— Не говори так, Вероника, — он протянул к ней руку.
Она не отстранилась. Но и не взяла его руку.
— Что дальше, Олег? — Она посмотрела на него. — Что ты будешь делать? Ты действительно готов измениться? Или это просто слова? Ты действительно готов перестать сравнивать нас с другими? Перестать гнаться за чужими идеалами?
— Я готов. Я готов на всё. Только… только не уходи. Пожалуйста.
Она глубоко вздохнула.
— Это не будет легко, Олег. Годы вот этого… вот этого сравнения, они не проходят бесследно. У меня внутри всё ещё болит.
— Я понимаю, — он опустил голову. — Я заслужил это. Но я… я сделаю всё, чтобы ты снова мне поверила. Чтобы ты снова почувствовала себя… нужной. Любимой. Для меня. Именно такой, какая ты есть.
Она посмотрела на него. В её глазах появилось что-то, что он не видел там уже давно. Что-то похожее на нежность.
— Хорошо, Олег, — сказала она, и её голос стал чуть мягче. — Давай попробуем. Но это будет наш последний шанс. Последний. Если ты снова начнёшь, то…
Она не договорила, но Олег понял. Понял, что она имела в виду. Он кивнул.
— Спасибо, Вероника. Спасибо.
Он протянул руку и осторожно прикоснулся к жене, сжал её ладонь. И в этот момент, в этой маленькой, неуверенной секунде, Олег почувствовал, что, возможно, ещё не всё потеряно. Возможно, ещё есть шанс. Шанс вернуть то, что он чуть было не разрушил. Шанс на их собственное, неидеальное, но настоящее счастье.
