— Ничего, солнышко, — Вера присела, гладя её. — Иди к Данилу.
Олег ушёл в спальню, а Вера позвонила маме.
— Мам, Олег про квартиру говорил с тобой? — спросила она, стоя на балконе.
— Звонил, Верочка, говорил, — Маргарита Фёдоровна вздохнула. — Я сказала, что подумаю, но не хочу. Мне это не нравится.
— Мне тоже, — Вера посмотрела на город. — Мам, не думай об этом даже. Я разберусь.
— Хорошо, — мама улыбнулась. — Ты молодец.
Вера задумалась. Она не хотела, чтобы мама чувствовала давление. Олег зашёл в гостиную.
— Вера, я юристу звонил, — сказал он, держа телефон. — Переписать квартиру — пять минут. Надо уговорить Маргариту Фёдоровну.
— Уговорить? — Вера встала. — Ты её шантажируешь, Олег!
— Шантажирую? — он усмехнулся. —Если не мы, Дарья со Светкой всё заберут.
— Хватит, — Вера посмотрела на него. — Я устала от твоей жадности.
— Жадности? — он повысил голос. — Я для детей, а ты против!
Вера ушла в комнату к детям, чувствуя, как решимость растёт. Завтра она поставит его перед выбором — или он прекращает, или уходит.
Вера видела сон: она на берегу Дона, а Олег стоит с сетью, ловя что-то в воде. Лиза и Данил бегают рядом, но сеть Олега пустая, а он злится. Вера смеётся, чувствуя лёгкость, и уводит детей, оставляя его одного.
Утром Вера застала Олега за ноутбуком, где он листал сайты недвижимости. Вера почувствовала, как внутри всё закипает. Она знала, что он не остановится.
— Олег, нам надо поговорить, — сказала она, садясь напротив.
— Вер, давай позже, — он не оторвался от экрана. — Я занят.
— Нет, сейчас, — Вера закрыла ноутбук. — Ты маму достаёшь. Хватит.
— Достаю? — Олег фыркнул. — Я о будущем думаю. Если она не перепишет квартиру, её поделят. И что нам?
— Нам? — Вера повысила голос. — Это мамин дом! И моё с сёстрами наследство!
— Наследство? — Олег усмехнулся. — Дарья со Светкой бездетные, им зачем трёшка?
— Это не твоё дело, — Вера встала. — Ты жадный, Олег. Я устала.
— Жадный? — он повысил голос. — Я для Лизы с Данилом стараюсь!
— Не ври, — Вера посмотрела ему в глаза. — Ты для себя. И знаешь что?
— Что? — он прищурился.
— Если наши дети начнут, как ты, манипулировать родителями, что от нас останется? — Вера скрестила руки. — Семья? Или базар?
— Чего? — Олег замер. — Ты на что намекаешь?
— На то, что ты зашёл слишком далеко, — Вера шагнула к нему. — Собирай вещи и уезжай к Нине Григорьевне. Подумай, кем ты стал.
— Ты серьёзно? — Олег побледнел. — Ты меня гонишь?
— Да, — Вера открыла дверь. — Иди. Я устала от твоих игр.
— Вер, подожди, — он шагнул к ней. — Я же для нас.
— Для нас? — Вера усмехнулась. — Ты маму мою шантажировал. Уходи.
Олег смотрел на неё, будто впервые видел. Потом схватил рюкзак, кинул туда вещи и ушёл, хлопнув дверью. Вера закрыла дверь, чувствуя облегчение. Она позвонила Дарье.
— Даш, я Олега выгнала, — сказала она, стоя у окна. — Он маму достал с квартирой.
— Ну ты молодец, не ожидала, — Дарья вздохнула. — Он-то давно перегибал, но я не хотела влезать, муж твой всё-таки. Что дальше?
