— Вы тут держитесь, — сказала она, обнимая Олю. — Вы крутые. И семья у вас настоящая.
— Спасибо, Марин. Без тебя мы бы не вытянули.
— Зато теперь вы всё сами.
Они учились жить заново. Без старых обид, но с новыми правилами.
Оля выходила на вечернюю пробежку — и никто не говорил, что «дома дел полно».
Артём убирал игрушки, мыл полы, записывал Катю на балет. Он не стал другим — но стал стараться.
Иногда они смеялись вместе. Иногда — спорили. Но теперь это были не войны, а разговоры.
Однажды вечером, сидя за столом, Илья вдруг сказал:
— Пап, а ты теперь не уйдёшь?
Артём посмотрел на него серьёзно.
— Нет, сын. Не уйду. Даже если опять будут гречка и крики.
Катя хихикнула. Санька размазал варенье по щеке.
Оля смотрела на них. Это была не сказка. Не новая любовь. Не волшебное прощение.
Это была работа. Терпение. И осознанный выбор.
Не потому что «так надо». А потому что — «так хочется».
