Пока дети ели макароны и спорили, кто из героев мультика сильнее, Оля смотрела в окно. Снег валил тихо, лениво. Завтра будет трудно. Но ведь было трудно и вчера. И позавчера.
На следующий день пришла её мама. Привезла суп и носки.
— Что ж ты мне вчера не сказала? — строго посмотрела она.
— Сказать что? Что меня бросили?
— Не бросил. Просто сбежал, как щенок.
— А ты что? Промолчишь? Терпела всё это время. Ты готовила, он жрал. Он хмурился, ты молчала. А теперь он — свободный мужчина, а ты — мать-одиночка?
— И что делать будешь?
— Жить. Работать. Комнату одну может сдам, нам так много места не надо. На удалёнке работу найду. Саша в декрет уходит, её место освобождается. Буду пробовать.
— Ты же не работала с тех пор как родила Катю.
Мать подошла и обняла её. Крепко.
Через неделю в доме появилась девушка Марина. Молодая, с зелёным рюкзаком. Сняла комнату у Оли. Училась в педагогическом, подрабатывала репетитором.
— Вам помочь с Саней? Я с малышами хорошо. Даже в лагере работала.
— Если хочешь — помоги. Я не откажусь.
Марина укладывала младшего, играла с Катей в лото, приносила хлеб по пути. Оля впервые за долгое время сходила одна в магазин, в душ, да и просто выпила кофе за столом без детского «мама, а он меня толкнул!».
Однажды вечером раздался звонок.
— Хотел узнать, как вы там. Как дети.
— Мы живём. Спасибо, что спросил.
— Я… могу им позвонить?
— Можешь. Только не ночью, как в прошлый раз. Они уже спали.
Оля положила трубку. Катя подошла, потянула за рукав.
— Мама, а можно мне на балет? У нас девочка ходит.
— Посмотрим, котик. Если сможем — обязательно.
— Илья, пожалуйста, вставай. Уже без десяти восемь, ты опять опоздаешь.
— Вставай, говорю. Я Саньку одной рукой держу, кашу мешаю, Катя рюкзак не может застегнуть, а ты валяешься.
— А можно я просто не пойду сегодня?
Оля ловко пересадила младшего на бедро, сняла с плиты кастрюлю и поставила тарелку на стол.
— У тебя контрольная по математике.
— Вот именно. Я всё равно не напишу.
— Не знал бы — не переживал бы. Всё, бегом умываться.
Илья медленно поплёлся в ванную. В этот момент зазвонил домофон.
— Кто это с утра… Алло?
— Доброе утро. Курьер службы доставки. Вам посылка.
— Тут подписано: «детям от папы». Дверь откроете?
Оля нажала кнопку и открыла дверь. Через минуту на лестничной площадке появился парень с коробкой, перевязанной лентой. Подпись была узнаваемая — тот самый торопливый, косой почерк.
— Спасибо… — она взяла коробку.
Катя сразу подбежала:
— Это нам? Можно открыть?
— Подожди. Сейчас Саньку переодену — и посмотрим.
В коробке оказались игрушки, мягкие пледы и набор шоколадок с запиской:
«Моим любимым деткам. Скучаю. Папа.»
Оля вздохнула. Вроде бы ничего плохого, но было какое-то липкое ощущение — как будто он пытается откупиться.
После обеда она уложила младшего спать, посадила Катю рисовать, и, пока была тишина, села за ноутбук.
Удалённая работа — проверка текстов, простые переводы. Знакомый предложил пару заказов.
