— Я ничего такого не говорил. Просто сейчас всем трудно. Может, и вправду стоит отдать Машу на лето, чтобы она хоть поиграла во дворе, у них там и девочки-соседки. А ты попробуешь устроиться на работу.
Ирина почувствовала, что ей сложно противоречить. С каждым днём долг за квартиру рос, работы не было, а Маша тосковала по общению с другими детьми.
— А ты не можешь мне помочь с поисками? Может, у тебя есть знакомые в том городе, где ты теперь?
— У меня тут всё нестабильно. Прости, Ира, но я пока сам едва держусь. Лучше действительно позволь маме заняться Машей. Это самое разумное решение, — Антон говорил спокойно, словно делал одолжение.
— Ладно, — согласилась Ирина. — Но я всё равно приеду навестить дочку через пару недель. Пусть мама что хочет говорит.
— Только не говори, что это была моя идея. Я не хочу скандала, — сказал Антон.
— А я не хочу терять дочь, — тихо ответила Ирина и завершила звонок.
Неделю она в сомнениях собирала вещи для Маши. Дочка не знала, как реагировать. С одной стороны, ей было любопытно пожить в деревне с бабушкой и дедушкой, а с другой — она крепко привязана к матери.
В день отъезда Ирина позвонила свекрови:
— Мы выезжаем с Машей на вокзал. Вы встретите нас там?
— Машу мы встретим, — строго сказала Надежда Юрьевна. — А ты можешь сразу уезжать обратно.
— Мне нужно с вами поговорить.
— О чём тут говорить? Привези ребёнка и уходи. У нас свои правила.
Ирина не знала, стоит ли обсуждать этот вопрос ещё раз, но понимала, что выбора у неё почти нет. Расходы росли, а сейчас хоть появится возможность сосредоточиться на поисках заработка. Ирина лишь надеялась, что за время Машиного «отдыха» всё как-то образуется.
На вокзале свекровь появилась с недовольным видом. Дедушка Маши не приехал — возможно, снова был занят хозяйством. Надежда Юрьевна только кивнула в сторону внучки:
— Давай её рюкзачок. Ну и что за пакет у тебя в руках? Это вещи для Маши?
— Да, здесь её любимые шорты, несколько футболок. Краски, альбом. Ей нравится рисовать.
— У нас всё есть. Рисовать она будет тем, что я посчитаю нужным, — свекровь потянулась к пакету.
— Позвольте мне хотя бы донести, — попросила Ирина.
— Не надо. Здесь рядом стоянка. Маше уже семь лет, она и сама может идти за мной, — свекровь взглянула на внучку. — Идём, Мария.
Маша медленно подошла к бабушке, осмотрелась по сторонам и повернулась к маме.
— Мам, а ты точно не поедешь с нами?
— Я вернусь в город, — стараясь говорить мягко, ответила Ирина. — Но я буду звонить тебе каждый день, ладно?
Свекровь недовольно поморщилась:
— Кажется, Антон сказал, что ты ищешь работу, так что звони лучше пореже. Не стоит ребёнку слушать твои жалобы.
— Я не жалуюсь, я просто хочу знать, как Маша живёт, — сказала Ирина, и взгляд её стал твёрже. — Не волнуйтесь, не буду вам мешать.
— Ну вот и договорились, — быстро ответила Надежда Юрьевна, взяла внучку за руку и направилась к машине.
