Анна достала продукты из сумки, чувствуя, как в груди поднимается горький ком. Эта квартира была для неё священной. Здесь она провела лучшие годы детства, пережила трудные времена после смерти родителей, сюда она возвращалась каждый раз, когда ей нужно было почувствовать себя в безопасности.
Она повернулась к мужу, который всё ещё сидел в гостиной с опущенной головой.
— Если ты хочешь продать квартиру, Саша, продавай что-нибудь своё. Но мою — не трогай, — отрезала она.
Александр поднялся, но вместо того чтобы спорить, молча вышел из комнаты. За ним захлопнулась дверь спальни.
Анна осталась одна. И впервые за много лет ей было страшно: не за квартиру, не за деньги, а за их брак, который, похоже, трещал по швам.
Квартира, о которой шла речь, была для Анны всем. Её родители купили её ещё в 70-х годах, когда жизнь только начинала налаживаться. В этой квартире она выросла, а после их смерти решила оставить её себе, несмотря на уговоры Александра переехать в более просторное жильё.
Свекровь, Елена, с самого начала была недовольна этим решением. Она считала, что в семье всё должно быть общим, а «такие активы не должны простаивать».
Но Анна была непреклонна. Эта квартира была её личным островком безопасности, и продавать её ради прихотей свекрови она считала предательством памяти родителей.
На следующий день Анна чувствовала себя подавленной. Казалось, воздух в доме стал тяжелее, а тишина давила на уши. Александр избегал её взглядов, быстро собирался на работу и уходил, не попрощавшись, чего раньше никогда не делал.
Анна знала, что так просто эта история не закончится. Она не удивилась, когда спустя пару дней ей позвонила свекровь.
— Аннушка, дорогая, здравствуй! — голос Елены был натянутым, но явно подготовленным. — Как у тебя дела?
— Здравствуйте, Елена Васильевна. Всё хорошо, — ответила Анна сдержанно.
— Вот и славно. Слушай, Аннушка, я хотела с тобой поговорить. Ты, конечно, уже в курсе нашей ситуации. Я не буду скрывать: это правда трудное время для нас.
Анна почувствовала, как её ладони стали влажными. Она взяла себя в руки, стараясь не выдать эмоции.
— Я понимаю, но почему это должно быть связано со мной?
— Ну как почему? — свекровь сделала паузу, чтобы собрать мысли. — Ты ведь часть нашей семьи. Ты же не бросишь нас в беде?
Анна закрыла глаза и на мгновение почувствовала, как сжалось её сердце. Елена всегда умела придавать своим словам нужный оттенок: она говорила так, будто отказ автоматически превращал Анну в жестокую и бессердечную.
— Елена Васильевна, я часть семьи, но это моя квартира, — твёрдо сказала Анна. — Я уже объяснила Александру, что не собираюсь её продавать.
— Как же ты можешь так? — голос свекрови стал громче и раздражённее. — Александр столько лет обеспечивал тебя, заботился, а ты даже не можешь помочь его семье!
Анна почувствовала, как кровь прилила к щекам.
— Александр — мой муж, — холодно ответила она. — И он не обеспечивал меня, а мы вместе строили эту жизнь. А теперь извините, мне нужно идти.
