Шок сменяется новой волной — жгучей, ледяной яростью. Предательство? Это было не просто предательство мужа, это была еще и подлость, расчетливая, мерзкая. Он не просто ушел, он попытался меня обобрать, оставить ни с чем. Совсем. Потому что, кроме этой квартиры, у нас, по сути, ничего такого и не было. Машина старенькая, дача в деревне, доставшаяся мне от родителей… А квартира — это же самое главное, самый дорогой актив, наш общий дом! И он, зная, что я буду иметь право на половину, просто… отдал ее своей матери?
Дрожащими руками хватаю телефон. Звонить Игорю? Смысл? Чтобы он врал в трубку, как он врал последние месяцы, годы, пока готовил эту подлость? Нет. Звоню Татьяне. Моей старой подруге. Она юрист. Острый ум, крепкие нервы, а главное — никогда не лезет за словом в карман и всегда рубит правду-матку. Она мне сейчас нужна, как воздух.
— Тань, привет. Ты можешь говорить? — Голос предательски дрожит.
— Лена? Привет! Могу, конечно. Что случилось? Ты какая-то… встревоженная.
— Тань… — слезы снова подступают к горлу, — Тань, Игорь… он подал на развод. И он… переписал квартиру на свою мать. Тайно. Я только что узнала.
На другом конце провода — тишина. Секунда, две… Вечность.
— Лен… Ты уверена? Прямо вот так?
— Уверена. У меня в руках иск из суда. И там черным по белому про квартиру и его мать.
Еще одна пауза. Потом Татьяна вздыхает. Тяжело так, по-свойски.
— М-да. Ну, Игорек, конечно, фрукт… Хорошо спрятался, ничего не скажешь. А когда он переписал? Документы на квартиру у тебя есть?
— Не знаю когда! Ничего не знаю! Он уехал «в командировку», а я нашла письмо… Документы… Какие? У меня вроде все где-то лежат, в коробке. Но я их сто лет не доставала… Свидетельство о собственности, договор купли-продажи…
— Ага. Найди их, Лена. Найди сейчас же. И договор, по которому покупали. Если по нему покупали… А как покупали-то? За наличку? Ипотека?
— По программе! — внезапно вспоминаю я. — По программе для работников госсектора! Я же в бюджетной сфере работаю, у нас там… вроде льготы какие-то были, когда покупали…
— Стоп. Стоп-стоп-стоп! По какой программе? Льготы? — голос Татьяны сразу становится звонче, в нем появляется какой-то деловой азарт. — Вот с этого места поподробнее! Ты была участником программы? Квартира на кого оформлялась? На вас двоих?
— На нас двоих, да. В общую собственность. А участник программы — я. В смысле, это же по моему стажу, по моей работе нам эту субсидию или что там давали… Я точно не помню всех деталей, там Игорь этим занимался… Но все бумаги я подписывала, от работы справки брала…
— Во-от! Вот это уже интереснее! — Татьяна потирает руки на том конце провода, я прямо чувствую это. — Это может быть тем самым нюансом! Игорек мог забыть, что эта квартира — не просто так куплена. Что в ней есть часть… твоей, как участника программы. А это уже совсем другая история! Он мог оформить договор дарения на мать, но законность этой сделки под большим-большим вопросом. especially если эта субсидия или льгота была значительной!
