— Слушай, я тоже считаю, что это перебор. Я поддерживаю тебя в том, что нельзя так обращаться с твоими вещами. Вообще с любыми. Я поговорил с мамой, поговорил с сестрой. Они, надеюсь, все поняли и осознали, что это была большая ошибка.
— И что, Анька уже возвращает мое платье?
— Не совсем, — смутился Макс, — она как бы его, ну, испортила… Сожалеет, конечно. Предлагает, знаешь, возместить, что-то взамен купить.
— То есть, испортила мою вещь, а теперь они все жалеют? Это даже не смешно, Макс! Они, похоже, вообще не уважают нас. Знаешь что? Может, они научатся уважать границы, если вежливые слова не работают?
Макс, кажется, понял, что ситуация серьёзная.
— Лер, я и правда всё понял. И обещаю, что такое больше не повторится. Мы не обязаны подстраиваться под чьи-то представления о «семейном», и они это тоже поймут.
Лера внимательно посмотрела на него и впервые за последние дни ей показалось, что он наконец на её стороне, не увиливает и не оправдывает.
— Хорошо, Максим, — сказала она спокойно, — я надеюсь, ты понимаешь, что это касается всех наших вещей и границ. Если ты в следующий раз решишь, что «мама лучше знает», имей в виду, что у меня на этот счёт своё мнение. Но знаешь что? Давай больше не будем об этом. Мы с тобой — семья и любим друг друга. И если ты меня в этом поддерживаешь, то нам точно не о чем волноваться.
