— Серёж, ты взял кредит на ставки. Без моего ведома. Потом ещё один — на какую-то сомнительную «инвестицию». Потом ещё, чтобы погасить первые два. И теперь хочешь забрать мою премию. Это не трудности — это образ жизни. Твой образ жизни.
Он остановился, тяжело дыша: — И куда ты пойдёшь? К мамочке под крылышко? Думаешь, там будет легче?
— Нет, — она покачала головой. — Будет тяжело. Но по-другому.
— По-другому? — он презрительно фыркнул. — Как именно?
— Я буду точно знать, что деньги, которые я заработала, пойдут на нужды моей дочери. А не на очередную авантюру.
Сергей смотрел на неё так, словно видел впервые: — Ты это серьёзно? Ты реально уходишь?
Он сел на диван, обхватив голову руками: — Ты не можешь так поступить. Мы же семья. Столько лет вместе…
— Семь лет, — тихо сказала она. — Семь лет я пыталась верить, что ты изменишься. Что мы справимся. Что всё наладится.
— И что, теперь всё? — в его голосе появились просительные нотки. — Брак, семья — всё коту под хвост?
Елена посмотрела в окно. Там, за стеклом, был март 2005 года. Слякоть, серое небо, редкие прохожие, спешащие по своим делам. Обычный день в их жизни. Только что-то внутри неё изменилось безвозвратно.
— Я не знаю, что будет дальше, — честно сказала она. — Но сейчас нам нужно пожить отдельно. Мне нужно понять, могу ли я вообще… могу ли я верить тебе снова.
— Лен, я клянусь, я изменюсь, — слёзы блеснули в его глазах. — Дай мне шанс. Ещё один шанс.
— Я давала их слишком много, — она поставила чашку в мойку. — Аня вернётся из садика через час. Я пойду собирать вещи.
Елена аккуратно складывала детскую одежду в чемодан. Каждая вещь хранила воспоминания. Вот кофточка, которую Аня надела в первый день в садике. Вот штанишки, которые она так любит за яркие карманы. Вот шапка с помпоном, связанная бабушкой.
Под аккомпанемент приглушённых футбольных комментариев из комнаты Елена методично переносила их жизнь в две сумки. Что нужно ребёнку? Одежда, игрушки, книжки. Что нужно ей самой? Документы, немного вещей, косметичка…
Неожиданно её взгляд упал на свадебную фотографию в рамке. Молодые, счастливые, с цветами и шампанским. Сергей обнимает её за талию, она смеётся, запрокинув голову. Когда всё пошло не так? В какой момент мечты превратились в страхи, а надежды — в разочарование?
Звонок в дверь прервал её мысли. Анютка! Елена поспешила в прихожую, но Сергей уже открывал дверь.
— Папочка! — звонкий голосок дочери разрезал тишину квартиры. — Смотри, что я нарисовала!
— Красиво, зайка, — механически ответил Сергей, и Елена поняла, что он даже не посмотрел на рисунок.
— Мамочка! — Анютка заметила её и бросилась обнимать. — Я так соскучилась! А что мы будем делать? А почему у нас сумки? Мы едем в отпуск?
Елена присела на корточки, глядя в глаза дочери: — Мы поедем жить к бабушке, солнышко. Ненадолго.
Елена замялась, но Сергей ответил за неё: — Папа останется здесь, зайка. У папы много работы.
— Но ты будешь приходить? — в детских глазах мелькнула тревога.
