— Не забыли, — улыбнулась Ольга Петровна. — В сумке лежит. Айда чай пить!
И они пошли — шумной толпой, смеясь и переругиваясь. Лена поймала взгляд Сергея — тот подмигнул ей: всё будет хорошо.
А торт оказался вкусным. Даже если есть его в тесной кухне, в окружении гор немытой посуды и раскиданных игрушек.
Казалось, буря миновала. Ольга Петровна, погостив пару дней, вернулась домой. Жизнь потекла своим чередом — работа, дети, быт. Но в воздухе висело что-то неуловимое, словно затишье перед грозой.
Гром грянул субботним вечером. Лена как раз укладывала детей, когда в дверь позвонили. На пороге стоял отец — бледный, встрёпанный, с дикими глазами.
— Пап? Что случилось? — Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Мать… — выдохнул Виктор Сергеевич. — Она… В общем, иди сюда.
Он протянул Лене какую-то бумагу. В полумраке подъезда было не разобрать, что там написано.
— Погоди, — Лена отступила в прихожую. — Проходи, чего в дверях-то стоять.
Отец, не разуваясь, прошёл на кухню. Руки у него заметно дрожали.
— Серёж! — крикнула Лена. — Иди сюда, кажется, что-то случилось.
Сергей выглянул из комнаты, увидел тестя и нахмурился:
— Виктор Сергеевич? Что стряслось?
— Вот, — отец протянул бумагу зятю. — Читайте.
Сергей пробежал глазами по строчкам и присвистнул:
— Ничего себе! Лен, это… Это договор купли-продажи. На вашу квартиру.
— Чего?! — Лена вырвала бумагу из рук мужа. — Какой ещё договор?
Виктор Сергеевич тяжело опустился на стул:
— Ольга… Она продала квартиру. Нашу квартиру. Ту, в которой мы живём.В кухне повисла звенящая тишина. Лена перечитывала документ снова и снова, не в силах поверить своим глазам.
— Но… как? — наконец выдавила она. — Как она могла? Без твоего согласия?
Отец горько усмехнулся:
— А вот так. Помнишь, я в прошлом году в больнице лежал? Ну, с сердцем, когда прихватило. Она тогда уговорила меня доверенность на неё оформить. Мол, мало ли что, надо чтоб кто-то делами распоряжаться мог. Я и подписал, не читая. Дурак старый…
Лена почувствовала, как к горлу подступает ком. Господи, да что же это творится?
— И что теперь? — тихо спросил Сергей. — Куда вы пойдёте?
Виктор Сергеевич пожал плечами:
— А кто ж его знает. Ольга говорит, к вам переедем. Мол, места хватит, вон какая квартира большая.
— Что?! — Лена вскочила, едва не опрокинув стул. — Да вы с ума сошли?! У нас и так втроём не повернуться, а вы…
Она осеклась, увидев, как отец сжался, словно от удара.
— Пап, прости, — Лена опустилась рядом с ним на корточки. — Я не то хотела сказать. Просто… Как же так? Почему?
Виктор Сергеевич вздохнул:
— Да я и сам не пойму. Вроде жили-жили, а тут… Ольга твоя всё причитала — старость, мол, не за горами, надо о будущем думать. А какое будущее? В могилу, что ли, собралась? — Он невесело усмехнулся. — Вот и надумала. Продать нашу квартиру, а деньги вложить в вашу. Чтоб, значит, всем хорошо было.
Лена почувствовала, как внутри всё закипает. Ну надо же, «всем хорошо»! А их спросить не судьба была?
— И куда делись деньги с продажи? — спросил Сергей.
