Лена стояла, не шевелясь. Внутри всё дрожало — от обиды, от злости, от страха перед будущим. Но где-то в глубине души теплилась надежда — может, теперь-то они наконец научатся слышать друг друга?
Виктор Сергеевич подошёл и обнял их обеих:
— Ну всё, всё. Прорвёмся как-нибудь. Не в первый раз.
И в этот момент Лена поняла — да, прорвутся. Потому что они семья. Со всеми их ошибками, глупостями и проблемами. Но — семья. А это значит — вместе, несмотря ни на что.
За окном громыхнуло — началась гроза. Но здесь, в старой родительской квартире, впервые за долгое время стало тепло. По-настоящему тепло.
Следующая неделя пронеслась как в тумане. Лена металась между работой, детьми и попытками распутать тот клубок проблем, который накрутила Ольга Петровна. Сергей взял на себя большую часть домашних забот, но даже его железное терпение порой давало трещину.
— Лен, может, ну его? — спросил он как-то вечером, когда они, измотанные, сидели на кухне. — Пусть живут с нами. Тесно будет, но как-нибудь…
Лена покачала головой:
— Нет, Серёж. Это не выход. Нам всем нужно личное пространство. И потом, ты же знаешь маму — она не успокоится, пока всё не будет по её.
Сергей вздохнул и обнял жену:
— Знаю. Просто… Я не могу смотреть, как ты рвёшься на части.
Лена прижалась к мужу, чувствуя, как внутри разливается тепло. Вот оно, настоящее. Родное.
А потом случилось чудо. Или, может, просто сработал закон подлости — это уж как посмотреть.
Выяснилось, что сделка по продаже родительской квартиры незаконна. Покупатель, узнав о том, что Ольга Петровна действовала по доверенности и без согласия мужа, отказался от покупки. Деньги вернули, договор расторгли.
— Повезло вам, — сказал адвокат, которого Лена наняла для улаживания всей этой истории. — Редко такие дела так просто решаются.
Лена только кивнула. Ей было не до рассуждений о везении.
Вечером вся семья собралась в родительской квартире. Ольга Петровна, притихшая и какая-то потерянная, суетилась с чаем. Виктор Сергеевич хмуро листал газету. Лена с Сергеем переглядывались, не зная, с чего начать разговор.
— Ну что, — наконец сказал Виктор Сергеевич, откладывая газету. — Вроде как пронесло нас.
Ольга Петровна всхлипнула:
— Витенька, Леночка… Простите меня, дуру старую. Я же как лучше хотела…
— Знаем, мам, — мягко сказала Лена. — Знаем. Но давай договоримся — больше никаких сюрпризов, ладно? Все важные решения принимаем вместе.
Ольга Петровна часто закивала:
— Конечно, доченька. Конечно. — И ещё, — добавил Сергей. — Мы все — одна семья. Со своими проблемами, тараканами в голове и, чего уж там, квартирным вопросом. Но мы справимся. Вместе.
Виктор Сергеевич крякнул и впервые за вечер улыбнулся:
— А знаете что? Я тут подумал… Может, нам с матерью и правда квартиру сменить? Только не продавать, а.… обменять?
Все уставились на него с удивлением.
— В каком смысле? — осторожно спросила Лена.
