Громкий, надрывный голос Галины Владимировны разносился по улице, разрывая тишину послеполуденного зноя. Она стояла перед калиткой, как разъяренная фурия, и барабанила в нее кулаками, отчего забор жалобно скрипел. — Открывай, я сказала! Это мой дом! Это мой дом, я здесь живу! — кричала она, срывая голос, — Артемка, что ты себе позволяешь? Ты что, совсем оборзел? Лена, наблюдая за этим из окна, сжала кулаки. Артем, бледный и взъерошенный, пошел в беседку, выволок оттуда два чемодана и потащил их к выходу. — Галина Владимировна, пожалуйста, успокойтесь, — попытался он сказать спокойно, но его голос дрожал, — и давайте прощаться. Вам здесь больше не рады. Галина Владимировна, увидев вещи, взвизгнула. — Что это значит? Ты меня выгоняешь? Меня, свою тетку? Да я тебя… Да я… Ты неблагодарный! Я же для тебя, как для родного сына! — Нет, Галина Владимировна, — твердо сказала Лена, выйдя на крыльцо, — вы для нас, как… как стихийное бедствие. Вы все нервы мне вымотали! Жили у нас почти два месяца, сидели на шее и вели себя как хозяйка. С меня хватит! — Ах, вот оно что! Это все ты, змея подколодная! — закричала Галина Владимировна, указывая на Лену пальцем, — ты мужа против меня настраиваешь! Моего племянника! — Не переходите на личности, — холодно ответила Лена, — это наше решение. И оно окончательное. Артем открыл калитку и попытался что-то сказать тетке, но та его перебила. Артем тут же ее закрыл. — Да пошел ты! Я тебе помогала, когда ты… А ты… Предатель! Когда Лена и Артем скрылись в доме, Галина Владимировна повернулась к сыну. — Сережа! Чего стоишь, как истукан? Перелезай через забор! Открой калитку! Я им сейчас покажу… Сергей покосился на высокую ограду. Он не был особо спортивным, но возражать матери не смел. Поджав губы, он подошел к забору, ухватился за верх и попытался подтянуться. Он ж не знал, что у Лены и Артема теперь есть собака… Гром несся на Сергея, как черная молния, рыча и скаля зубы. Сергей, увидев приближающегося пса, от неожиданности сорвался и упал на землю. — А-а-а! — завопил он, пытаясь отползти от Грома, — мама! Спасите! Лена, увидев происходящее, бросилась к калитке. — Гром! Фу! Ко мне! Гром послушно остановился и, злобно рыча, повернулся к хозяйке. Сергей, дрожа всем телом, мигом повернул ключ в замке и выскочил на улицу. Сестра и отец обалдело на него таращились. — Собака! — завопила Галина Владимировна, — они еще и собаку на нас натравливают! Да я на вас в суд подам! Я вас… Артем, не выдержав, схватил тетку за руку и вытолкнул ее за калитку. — Хватит! Уходите! И не смейте больше сюда возвращаться! Он захлопнул калитку и повернулся к Лене. — Пойдем, дорогая. Думаю, больше они сюда не сунутся. Убрались родственники только минут через сорок — Лена все это время наблюдала за ними из окна.
