Было воскресенье. Анна вышла в аптеку за пластырем — натёрла ногу в новых кроссовках. Стояла у витрины и выбирала, когда услышала:
Она обернулась. Павел. Без мамы. В поношенной куртке и с пакетом, из которого торчал лук-порей. Господи, с кем он теперь живёт, что они покупают порей?
— Привет, — коротко кивнула она.
— Я был у тебя. Несколько раз. Звонил.
— Не открыла, не ответила. Это знак, Паш.
Он сглотнул. — Я ушёл от мамы.
— Поздравляю. Сколько тебе лет? Сорок один? Ну хоть не под дверью ночевал, как в прошлый раз.
— Ты не понимаешь. Я ушёл. Совсем. И я… понял, что ты была права.
— Ах, я была права! — с нажимом переспросила Анна. — Это, наверное, как грамоту вручить после обстрела. Спасибо, конечно. Только у меня тут всё спокойно. Без криков, без «Анна, ты нас разлучаешь!», без подозрений, что я хочу отжать у ребёнка будущее.
Он подошёл ближе. Пахло дорогим кофе. Видимо, пил по дороге — ему всегда казалось, что от него несёт скукой, и он пытался перебить это чем угодно.
— Ань, я не могу без тебя. Мне плохо. Мама теперь говорит, что я дурак. Что я предал семью.
— А ты? — холодно спросила она. — А ты что думаешь?
Он помолчал. Потом выдохнул.
— Думаю, что ты — семья. А мама — манипулятор. И я это понял слишком поздно. Но я готов всё исправить.
— Исправить? И как ты себе это представляешь? Вернёшься? С чем? С прошением? С извинениями за каждый скандал, за каждый раз, когда ты молчал, когда меня сжирали заживо?
— Вот именно! — резко перебила она. — Ты никогда не знал как. Как защитить, как выбрать, как сказать правду. Ты всегда был между. А я хочу, чтобы рядом. Или никак.
— Я могу быть рядом. По-настоящему. Я взрослый. Я учусь. Я понял…
— Стоп, Паш. Ты понял, когда остался один.
Анна сделала шаг назад. Смотрела прямо, без злости, но и без нежности. Просто как взрослый человек смотрит на другого взрослого, который опоздал.
— Послушай. У меня скоро сделка в Сочи. Я лечу туда. Там — новая квартира. Там — тишина, солнце и… пустые стены. Но без давления. Без шёпота за спиной. Без твоей мамы, которая считает мою жизнь инвестиционным проектом для внука.
— Я не о ней. Я о нас.
— А нас нет, Павел. Было. Было… да сплыло. Ты хороший. Но не для меня.
Он стоял, как побитый ученик. Молчал. Только моргал часто. И вдруг выдохнул:
— Я буду ждать. Если передумаешь…
Анна не ответила. Она просто ушла. Спокойно. Уверенно. Лёгкой походкой человека, который наконец-то вынес из жизни всё лишнее.
Сочи встретил солнцем и ароматом кофе. Новая квартира — пустая, белая, с окнами в парк. Анна поставила коробку на пол. Вдохнула.
Она здесь не временно. Она — дома.
Телефон вибрировал. СМС от Павла: «Прости, что не смог. Спасибо, что была.»
Анна улыбнулась. Ответила: «Прощаю. Но назад — нет. Никогда.»
