— Алёна Викторовна, я больше не могу молчать! — голос Марины дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Пять лет я терпела ваши намёки и колкости, но сегодня вы перешли все границы!
Свекровь замерла с чашкой кофе в руках, её губы изогнулись в презрительной усмешке. В просторной кухне загородного дома повисла тяжёлая тишина. За окном шумел летний дождь, барабаня по стёклам веранды.
Всё началось три часа назад. Марина приехала в дом свекрови забрать документы на квартиру — ту самую квартиру, которую её покойная бабушка оставила в наследство. Нотариус назначил встречу на завтра, и Марина рассчитывала быстро получить бумаги и уехать. Но Алёна Викторовна встретила её с таким выражением лица, будто невестка явилась требовать последний кусок хлеба.
— Документы? — переспросила свекровь, делая вид, что не понимает, о чём речь. — Какие документы?
— Свидетельство о праве собственности на бабушкину квартиру. Вы же знаете, что завтра встреча с нотариусом для оформления наследства.
Алёна Викторовна медленно поставила чашку на стол и сложила руки на груди.
— А почему ты решила, что документы у меня?
Марина сжала кулаки, стараясь сохранить спокойствие. Она прекрасно помнила, как полгода назад, когда бабушка слегла в больницу, свекровь настояла забрать все важные документы «на хранение». Тогда это казалось разумным — Марина разрывалась между работой и больницей, а Алёна Викторовна вызвалась помочь с бюрократическими вопросами.
— Потому что вы сами забрали их, когда бабушка заболела. Сказали, что так будет надёжнее.
— Ах да, припоминаю… — свекровь задумчиво постукивала пальцами по столу. — Но знаешь, Мариночка, я тут подумала… Может, не стоит так торопиться с оформлением? Квартира-то немаленькая, трёхкомнатная в центре. Налоги придётся платить огромные.
— Это мои проблемы, — отрезала Марина. — Дайте документы, пожалуйста.
Алёна Викторовна встала и прошла к буфету. Она медленно выдвинула ящик и достала папку с документами. Но вместо того чтобы отдать её невестке, принялась листать бумаги.
— Знаешь, а ведь твоя бабушка была очень мудрой женщиной. Мы с ней много разговаривали в последние месяцы…
У Марины внутри всё похолодело. Она знала этот тон — свекровь готовила очередную пакость.
— И она очень переживала, — продолжала Алёна Викторовна, — что ты такая… легкомысленная. Всё боялась, что растранжиришь наследство.
— Что вы несёте? — Марина сделала шаг вперёд. — Бабушка никогда так не говорила!
— А откуда ты знаешь? Ты же вечно на работе пропадала. А я вот навещала её каждый день. И она мне, между прочим, доверяла больше, чем тебе.
Свекровь достала из папки какой-то документ и помахала им в воздухе. — Вот, кстати, интересная бумага. Доверенность на управление имуществом. На моё имя.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Какая доверенность? Откуда?
— Твоя бабушка оформила за месяц до смерти. Видимо, хотела, чтобы о её квартире заботился надёжный человек.
