— Просто… мне показалось, что мы……Лицо…у вас знакомое знакомое.
Она посмотрела прямо ему в глаза. От этого взгляда его бросило в дрожь.
— Повторяю ещё раз. Мы никогда не встречались.
А потом она вышла из его палаты.
Он лежал и смотрел в потолок: значит они никогда не встречались….Так это к лучшему!
Максим достал телефон и попытался найти информацию об Елизавете Романовой, но ничего не нашёл, кроме той, которая была указана на сайте больницы. Ни соцсетей, ни публичных упоминаний, ни фотографий. Словно она появилась из ниоткуда.
«Странно,» — подумал он. — «Современный человек без цифрового следа? Не бывает такого. Хотя какая разница. Может они действительно никогда не встречались до этого момента?»
…………………
Утро выдалось хмурым. Тучи висели низко над землёй.
«Сегодня явно будет дождь,» — подумал Максим и посмотрел на часы. Этим утром время тянулось и тянулось, а он все больше нервничал и нервничал.
Наконец-то пришли за ним.
Его отвезли в операционную. Он уже был одет в больничный халат, волосы на голове были покрыты шапочкой, его переложили на операционный стол.
— Сейчас введём наркоз, — сказал анестезиолог. — Вы почувствуете лёгкое тепло, потом уснёте. Проснётесь уже после.
Максим кивнул. Всё происходило как в тумане.
И вдруг он её увидел. Она стояла у раковины, аккуратно надевала перчатки. Белый костюм, маска, шапочка. Лишь глаза были видны. И в них — ничего. Ни намёка на эмоции.
Максим хотел сказать что передумал делать операцию, что хочет остановить её, но тело стало тяжёлым и он отключился.
Та самая дорога. Та самая ночь. Метель.
Он сидит за рулём. Она рядом. Они спорят. Голоса срываются, слова режут, как стекло. Он помнит этот момент до мельчайших деталей. Как будто его мозг хранил его специально, чтобы показать в самый неподходящий момент.
А потом он едет один и видит в зеркале заднего вида — силуэт девушки, бегущей за машиной. Она машет руками. Кричит что-то. Он не слышит и не может слышать, но зачем-то включает музыку погромче.
Он проснулся от тяжести в теле и ощущения, будто его вытащили из глубокого колодца. Голова гудела, мысли путались, словно кто-то набил её ватой. В глазах — белое. Свет. Шум приглушённых голосов где-то за границей сознания.
— Он приходит в себя, — раздался женский голос.
Максим медленно повернул голову. Рядом стояла медсестра. А чуть поодаль… она.
— Вы сейчас в реанимации и какое-то время пробудете здесь. Потом вас переведут в палату, — произнесла Елизавета.
— Как всё прошло? — прохрипел он.
— Успешно, — ответила Елизавета коротко. — Надеюсь, что это поможет и вы встанет на ноги. Реабилитация займёт длительное время, но шансы на восстановление высокие. Всего хорошего.
Он перевёл на неё взгляд. Хотел сказать что-то, но не знал что говорят в таких случаях. Может благодарят?
Через несколько дней он смог сидеть. Боль притупилась, но чувство беспокойства только усилилось. Каждый день он ждал её визита, как испытания. Каждый раз пытался заговорить, узнать о ней больше. Но она говорила только об его здоровье.
