— Я сказала, что не отдам ключи от квартиры, которую мне оставила бабушка, — Марина выпрямилась, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.
Свекровь подошла ближе. Несмотря на невысокий рост, она умела создавать ощущение, будто возвышается над собеседником.
— Послушай меня внимательно, девочка, — её голос стал ледяным. — Три года назад ты пришла в нашу семью никем. У тебя не было ни копейки за душой. Мы с мужем оплатили вашу свадьбу, помогли с первоначальным взносом за вашу квартиру. И теперь ты смеешь жадничать?
— Это не жадность! — Марина повысила голос. — Это моё наследство!
— Андрей, — свекровь повернулась к сыну, — объясни своей жене, как устроены семейные отношения.
Андрей неловко переминался с ноги на ногу. Марина с надеждой посмотрела на него — неужели хоть раз он встанет на её сторону?
— Марин, не упрямься, — произнёс он наконец. — Мама действительно много для нас сделала. И она права — зачем нам две квартиры? Лучше сдавать бабушкину и вкладывать деньги в общее дело.
— В какое общее дело? В ремонт дачи твоей матери? — Марина не могла поверить, что муж так легко предаёт её.
— Не только, — вмешалась Людмила Петровна. — Мы думаем о вашем будущем. О детях, которые у вас появятся. Кстати, о детях — прошло уже три года. Не пора ли вам подарить мне внуков? Марина вздрогнула. Тема детей была ещё одним больным местом. Свекровь постоянно намекала, что с невесткой что-то не так, раз она до сих пор не забеременела. На самом деле Марина просто не была готова — слишком много проблем было в их браке.
— Это не ваше дело, — процедила она сквозь зубы.
— Как это не моё? — возмутилась Людмила Петровна. — Андрюша — мой единственный сын! Я имею право знать, когда у меня появятся внуки! Может, проблема в тебе? Может, стоит провериться у врача?
— Мама, не надо, — слабо попытался вмешаться Андрей, но свекровь жестом заставила его замолчать.
— Я всё понимаю, — продолжила она, обращаясь к Марине. — Ты выросла без отца, твоя мать всю жизнь проработала уборщицей. У тебя не было примера нормальной семьи. Но теперь ты часть нашей семьи, и пора научиться вести себя соответственно.
Марина почувствовала, как к горлу подступает ком. Упоминание о её матери, которая в одиночку вырастила двух дочерей, работая на трёх работах, было последней каплей.
— Моя мать — достойная женщина, — произнесла она дрожащим голосом. — Она никогда не отбирала чужого.
— Зато научила дочь цепляться за каждую копейку, — парировала свекровь. — Неудивительно, что ты такая жадная.
Они стояли посреди улицы, и прохожие начинали оглядываться на них. Марина понимала, что нужно уйти, но ноги словно приросли к асфальту.
— Знаете что? — она посмотрела прямо в глаза свекрови. — Я не только не отдам вам ключи, но и запрещу вам переступать порог бабушкиной квартиры.
Лицо Людмилы Петровны побагровело.
— Андрей! — рявкнула она. — Ты слышал, что сказала твоя жена?
Андрей выглядел растерянным. Он явно не ожидал такого поворота событий.
