— Я сказала правду! Что она принесла в вашу семью? Ничего! А теперь выясняется, что она богатая наследница, которая скрывала это от нас!
— Я не скрывала факт наследства. Я просто не афишировала его, — уточнила Татьяна. — И знаете почему? Потому что это МОИ деньги. Моё наследство. Моя тётя оставила его МНЕ, а не вашей семье.
— Но мы же семья! — воскликнул Андрей.
— Семья? — Татьяна посмотрела на него долгим взглядом. — Семья — это когда поддерживают друг друга. Когда защищают. Когда уважают. А что есть у нас? Твоя мать унижает меня, а ты делаешь вид, что ничего не происходит.
— Я просто не хочу конфликтов…
— Нет, Андрей. Ты просто трус. Тебе проще пожертвовать моими чувствами, чем один раз поставить мать на место.
Галина Михайловна снова вскочила.
— Не смей так говорить с моим сыном!
— А вы не смейте говорить со мной вообще! — отрезала Татьяна. — Знаете что? Я приняла решение. Андрей, я подаю на развод.
В кухне повисла мёртвая тишина. Андрей побледнел.
— Таня, подожди… Давай поговорим спокойно…
— Мы три года говорим. Точнее, я говорю, а ты киваешь и ничего не меняешь. Хватит. Я устала бороться за место в собственной семье.
— Но…, но ты же любишь меня? — растерянно спросил Андрей.
— Любила. Очень сильно любила. Но любовь без уважения — это медленная смерть. Я больше не могу так жить.
Галина Михайловна попыталась взять ситуацию в свои руки.
— Андрюша, не переживай! Пусть уходит! Найдёшь себе жену получше! Из хорошей семьи!
Татьяна посмотрела на свекровь с чем-то похожим на жалость.
— Знаете, Галина Михайловна, вы победили. Вы избавились от нелюбимой невестки. Поздравляю. Только вот что я вам скажу напоследок. Андрею уже тридцать пять. Это был его второй брак. Первая жена ушла через год — тоже не выдержала вашей опеки. И знаете, что будет дальше? Он останется с вами. Навсегда. Потому что ни одна нормальная женщина не выдержит того, что выдерживала я.
— Это ложь! Андрей прекрасная партия!
— Был. Десять лет назад был. А сейчас он мужчина средних лет, который не может защитить жену от собственной матери. Кому он нужен такой?
Андрей стоял между двумя женщинами, растерянный и подавленный. Он открывал рот, пытаясь что-то сказать, но слова не шли.
— Таня, пожалуйста… Давай попробуем ещё раз. Я поговорю с мамой. Мы можем снять отдельную квартиру…
Татьяна покачала головой.
— Поздно, Андрей. Слишком поздно. Знаешь, когда нужно было это предложить? Три года назад, когда твоя мать первый раз оскорбила моих родителей. Два года назад, когда она выбросила мои вещи из шкафа, потому что ей нужно было место для своих. Год назад, когда она при твоих друзьях сказала, что ты мог бы найти жену покрасивее. Тогда нужно было действовать. А теперь… теперь у меня просто не осталось сил.
Она пошла к выходу из кухни, но остановилась в дверях.
