После этого разговора Полине стало немного легче, но все равно на душе скребли кошки. Она никак не могла понять — что это было? Почему Федор так себя с ней вел? Ей казалось, что она ему тоже нравится, неужели она так сильно ошибается в людях? Никогда она не чувствовала себя такой одинокой, как сейчас. Вот бы позвонить Оле и поговорить с ней, но там рядом бабушка, нельзя позволить, чтобы она волновалась. Может, именно поэтому, когда ей написал Дима, интересуясь, все ли с ней в порядке и в курсе ли она последних новостей, она сама предложила ему встретиться в баре отеля, там же, где и прошлый раз, так что у Полины осталось время помыть волосы и привести себя в порядок.
— Ну так что? — спросил он первым делом, — ты в курсе, чем в итоге все обернулось?
— Нет, конечно, — ответила Полина. — Я же здесь никого не знаю. И вообще, я завтра лечу домой.
— Жаль, — сказал он вполне искренне. — Но ты же еще вернешься?
Полина не стала ничего отвечать, не хотелось сейчас говорить о наследстве и всем таком. Хорошо, что Дима, похоже, особо и не ждал ответа и продолжил.
— Короче — я тоже не особо в курсе, попытался узнать у Вероники, но она сегодня не в настроении.
— А вы с Вероникой… — Полина не знала, как сформулировать свой вопрос, но Дима, похоже, ее понял.
— Да нет, — отмахнулся Дима. — У нее роман с Федей, но ее родители против, понятное дело, кто он и кто она. Ну, и Ника попросила меня ее прикрывать, Софья Вениаминовна меня просто обожает. Уж извини, спит и видит, чтобы мы с Никой поженились. Я не очень-то за то, чтобы ее обманывать, но Веронику можно понять.
Это будничное подтверждение о романе Вероники и Федора произвело на Полину большее впечатление, чем она была готова себе признаться. До этого момента в глубине души она надеялась, что Вероника просто влюблена в Федю и хочет его спасти. Но, значит, это правда.
— В общем, когда она была у него, всегда предупреждала меня, чтобы я случайно не обмолвился при Софье Вениаминовне. Вот и вчера… Мы же сначала даже показания такие дали. Но теперь Ника все рассказала, чтобы Федю отпустили. Ее мать, конечно, в ярости, как я и думал — уже позвонила и отчитала меня, грозит увольнением… Мало приятного…
— А Федю отпустили? — не смогла не спросить Полина.
— Да, пришлось. Алиби железное, они, оказывается, даже в клуб какой-то ходили. Ну и Семен Александрович что-то там наговорил, что он шантажировал полковника, вроде как у того какая-то связь на стороне была, а Семен, похоже, как-то про это узнал. Может, и врет, конечно. А сам, полковник, выкрутится, я думаю, даже если он Татьяну… У его матери такие связи, она всех на уши поднимет. Да его даже не задержали! В нашем городе все решают деньги и связи. Хорошо, что у тебя есть одно из двух, но лучше, конечно, и то и другое.
Полина поняла, что дальше молчать нет смысла.
— Я решила отказаться от наследства, — призналась она.
— Что? — Дима чуть не уронил чашку с чаем. — Как ты сказала?
