— Может, стоит подобрать ей жениха из тех, кому за шестьдесят? — высказалась подруга номер один.
— А за шестьдесят — это уже тлен? — ужаснулась подруга номер три. Она была сильна в математике и быстро прикинула в уме, что следующие двадцать лет пролетят так же стремительно, как и предыдущие.
— Давайте сменим тему, — предложила подруга номер два. — Что это вы заладили — тлен, тлен?
Подруга номер один ловко разлила вино по бокалам. У нее получалось разливать так, что ни капли на скатерть.
— Для чего тебе скатерти? — каждый раз возмущались подруги. — Это сейчас не модно. Надо стремиться к минимализму и простоте.
— Она их еще и крахмалит, — хмыкала первая. — Для чего?
— Чтобы было как зимой, — отвечала Грета. — Чисто, хрустко и красиво.
— Ну нет! — возражали подруги. — Гробить жизнь на скатерти?
— В вашем возрасте не должно быть слова «нет», — смеялась Грета. — Сами же говорите.
— Это касается только женихов!
В тот вечер подруги так и ушли ни с чем. Грета стояла на своем — не нравится ей Жорик и все тут.
Жорик же хотел продолжения отношений. Время от времени заходил с букетом цветов. Чаще всего это были гвоздики. Жорика они манили своей простотой и доступностью.
Грета нехотя стелила скатерть, подавала чай. Жорик суетился, потел, много говорил, излишне жестикулировал, непременно проливал чай на скатерть и уходил с чувством, что их отношения медленно, но верно развиваются в правильном направлении.
Как только за Жориком захлопывалась дверь, Грета о нем забывала: проветривала комнату, замачивала пятно на скатерти и улыбалась своим мыслям. Она наслаждалась сороковой зимой, чистотой и свежестью в душе и за окном, и была этим счастлива.
Весна, как и положено весне, накатила звоном капели, синим небом и первыми подснежниками, за которыми Грета, не отягощенная семьей, ходила по выходным в лес.
— Делать тебе нечего! — возмущались подруги, а сами приникали лицами к нежным цветам, вдыхали легкий ненавязчивый аромат и прислушивались к томлению в груди.
— И я схожу, как-нибудь, в лес за подснежниками, — говорила подруга номер один. — Только боты купить надо.
— Как-нибудь в следующем году, — добавляла подруга номер три.
А после весны случилось лето и все шло своим чередом. Грета крахмалила скатерти, мыла окна. Подруги приносили вино и обсуждали мужей. Жорик был отодвинут и забыт. Да и сам он давно не захаживал.
А потом… Потом подруга номер три неожиданно сообщила, что в смене времен года произошел сбой и у ее протеже, так и не ставшего Грете мужем, неожиданно случилась зима.
Подруга номер один, чтобы разбавить гнетущее молчание, срочно разлила вино по бокалам. Выпили молча. Как за покойника.
— Вот так всегда! Живешь, живешь, ни о чем плохом не думаешь, а тут вдруг… — Подруга номер три не стала договаривать про «вдруг».
