Елена вытерла руки о фартук и подошла к двери. За стеклом маячила знакомая фигура с пакетами в руках.
— Артёмка! — она распахнула дверь и обняла сына. — Что это ты с собой притащил?
— Торт наполеон, мам. Помнишь, как в детстве любила? — он прошёл в прихожую, стряхивая с куртки октябрьскую морось.
Кухня встретила их запахом борща и тишиной старых стен. Елена поставила чайник, а Артём разложил на столе ноутбук между салфетками и вазочкой с конфетами.
— Слушай, мам, я хочу тебе кое-что показать, — он открыл крышку, и экран осветил его лицо синеватым светом. — Видишь эти цифры?
На мониторе мелькали графики, таблицы, какие-то диаграммы. Елена придвинулась ближе, щурясь на мелкий шрифт.
— Солнечные панели, мама. Будущее энергетики. В Европе уже вовсю этим занимаются, а у нас только начинается. Представляешь какие перспективы?
— Солнечные? — переспросила она, наливая чай в любимые чашки с розочками. — А у нас же солнца мало, Артём. Особенно в Перми.
— Мам, ну что ты говоришь! — он повернул к ней экран. — Смотри, вот расчёты. Даже при нашем климате окупаемость составляет два с половиной года. А дальше — чистая прибыль.
Елена села напротив, обхватив чашку ладонями. В глазах сына горел такой азарт, какого она не видела давно. После развода он долго не мог найти себя, перебивался случайными подработками.
— У меня есть партнёр, Виталий. Он уже год в теме, знает всех поставщиков. Нужно только стартовый капитал, чтобы закупить первую партию оборудования.
— А сколько нужно? — тихо спросила Елена.
— Полтора миллиона. Но мам, это же семечки! Через полгода мы уже будем на плюсе, а через год… — он ткнул пальцем в экран, — видишь эту цифру? Три миллиона чистой прибыли!
Елена отпила чай и посмотрела на фотографию покойного мужа на комоде. Что бы сказал Михаил? Наверное, поддержал бы сына. Всегда верил в него больше, чем она сама.
— Артёмушка, я же не разбираюсь в этих делах. Вдруг что-то пойдёт не так?
— Мам, всё просчитано до копейки! — он наклонился через стол, взял её руки в свои. — Я же не авантюрист какой-то. Три месяца изучал рынок, говорил с экспертами. Это реальный бизнес, мама.
Она смотрела в его глаза и видела мальчишку, который когда-то приносил домой двойки и клялся, что больше не будет. Тот же упрямый подбородок, та же искренность в голосе.
— У меня есть деньги с дачи… — медленно произнесла она.
— Мам, я всё верну с процентами. Честное слово! Ты же знаешь, я никогда тебя не подводил.
Елена встала и подошла к окну. Во дворе дети играли в футбол под фонарём, и она вспомнила, как Артём тоже гонял мяч допоздна. Потом университет, женитьба, развод… А теперь вот — солнечные панели.
— Хорошо, — сказала она, не оборачиваясь. — Но ты мне будешь звонить каждую неделю и рассказывать, как дела.
— Конечно, мамочка! — он вскочил и обнял её со спины. — Ты не пожалеешь, увидишь!
