— Сёма, это ты? — зовёт она тёмный силуэт в ограде. — Отзовись, если ты.
— Я бабуль, — хрипло говорит он, но в дом не идёт.
— Скорее иди в дом, — просит бабушка, — нечисть боится святой воды. А я всё окропила. Скорее иди.
— Не могу, бабуля, — стонет внук, — нога разболелась. Шагу ступить не могу. Помоги мне!
— Конечно! Конечно, я сейчас, — отзывается Настасья Никитична и спешит к внуку.
Олег рад, что Семён вернулся и с ним всё в порядке. Но следующая картина его ошарашила. Он вытаращил глаза и замер.
Пожилая женщина подбегает к внуку и пытается ему помочь. Но Семён впивается ей в горло зубами. Олег слышит хруст плоти и чавканье, словно кошка ест рыбу.
От ужаса на голове Олега встали волосы.
— Ну, зачем ты пошла за этой святой водой, — выговаривает Семён своей, ещё дёргающейся в предсмертных судорогах бабушке. — Дура, ты бестолковая.
Он ещё раз клацнул зубами, и тело старушки упало на траву. Потом он внимательно уставился на окна дома и зарычал.
Олег шарахнулся в сторону и почувствовал, как по ноге бежит тёплая жидкость. Но ему не стыдно. Ему страшно! Очень страшно!
«Завтра же убираюсь отсюда!» — решает он, до конца не веря, что его единственный друг Семён — это и есть убийца.
Утром на первом же автобусе он едет домой. Олег не остался на похороны Настасьи Никитичны. Просто сбежал.
Олег поседел и осунулся за этот отпуск.
