В офисе строительной компании «Вега-строй» между Кириллом и Алексеем тоже был разговор. Короткий и чёткий, как схема.
— Да, Анька. А что, понравилась?
— Спрошу у неё только. Если не против — дам.
Аня разрешила дать телефон, только спросила у зятя.
— Кир, а что у него там в семье? Инка мне про какой-то ад всё твердила. Говорила, чтобы я не связывалась.
— Ну, вообще я бы тоже не советовал…, но дело твоё. Ты его видела? Как он тебе?
— Очень приятный мужчина. — сдержанно сказала Аня. — А что за ад-то?
— Пусть он сам тебе расскажет, если захочет.
Лёша позвонил и пригласил Аню на свидание… днём.
— Пообедаем где-нибудь. Вы не против?
Она согласилась. Он понравился ей тогда, но ещё больше заинтриговала его история. Что за ад у него дома? Что там несла Инка?
Алексей от вопросов о семье упорно уклонялся. Аня понимала, что набрасываться на человека и допрашивать его, да ещё и на первом свидании, это глупость. И наглость. Но нет-нет, да вворачивала вопрос на тему его семейного положения.
— Я думал, мы поговорим о вас. — вздохнул Алексей.
— Нет, а почему не о вас-то? И потом… Лёша, вы простите, но если вы женаты, то я в эти игры не играю.
Он задумчиво посмотрел на Аню. Она так ему нравилась. Так сильно… Лёша уже и забыл, когда ему так сильно нравилась женщина. В институте, что ли? Или ещё в школе?
История его женитьбы не была историей любви. У Лёши тогда погибли родители в ДТП. Он осиротел, хоть и был уже двадцатитрехлетним взрослым парнем. Осиротел, растерялся, а тут рядом оказалась соседка, Мила. Она его всё поддерживала, да утешала. Это всё затянулось. Ну, и… доутешалась. Забеременела.
Мила была старше Лёши на три года, и одна растила дочку, Лену, пяти лет от роду. Узнав о том, что он станет отцом, Лёша поступил порядочно — женился на Миле. А потом и Лену удочерил. В положенный срок родился Егор. Лёша сына очень любил, из-за него, и вокруг него, он и строил свою семью.
Мила с годами превратилась в параноичку, подозревающую мужа во всех грехах сразу. Она постоянно его обнюхивала и рассматривала чуть ли не под микроскопом. Поначалу это было ненавязчиво и полушутя, но с каждым годом прогрессировало, нарастало, пока не превратилось в кошмар.
Сначала Лёша говорил Миле, чтобы она успокоилась, и что у него никого нет, а любит он только её, свою жену. Говорил, и сам себе верил. Потом говорил, но уже не верил в то, что говорит. Просто успокаивал жену. А внутри медленно вскипал. Он бы устроил скандал — Мила, похоже, именно на это и нарывалась. Но жалел детей — не хотел их пугать.
Так и жили. Мила всё следила за ним зорким и неусыпным оком, чтобы не изменил, и не ушёл, как следствие. Следила, звонила, проверяла, контролировала. А Лёша ждал, когда Егор окончит школу, чтобы высказать жене всё, что накопилось у него за эти годы. Высказать, и уйти.
