В этот момент из коридора донёсся стук трости и знакомое покашливание. Тамара Петровна, мать Дмитрия, медленно вошла в гостиную. Невысокая, сухощавая женщина семидесяти пяти лет, она двигалась с достоинством королевы, несмотря на лёгкую хромоту. Седые волосы были аккуратно уложены, на плечи накинута шаль ручной вязки.
— О, вы уже дома, — произнесла она своим обычным тоном, в котором всегда звучала нотка превосходства. — Я слышала, вы тут что-то обсуждаете. Надеюсь, не обо мне?
Марина вскочила с дивана.
— Как раз о вас, Тамара Петровна! Хотите объяснить нам, почему вы тайком переписали квартиру на Ольгу?
Свекровь подняла брови, изображая удивление.
— Тайком? Я никогда ничего не делаю тайком. Я распорядилась своим имуществом так, как сочла нужным. Разве это преступление?
— Но вы же говорили… — начал Дмитрий.
— Что я говорила? — перебила его мать. — Что вы мне поможете в старости? Вы и помогаете. Что я буду вам благодарна? Я благодарна. Но я никогда не давала конкретных обещаний насчёт квартиры. Если вы что-то себе придумали, это ваши проблемы.
Марина почувствовала, как внутри неё поднимается волна ярости.
— Вы прекрасно знали, что мы рассчитываем на эту квартиру! Вы сами намекали на это сотни раз! «Вот умру, всё вам достанется», «Заботьтесь обо мне, не забудете»! И всё это время вы нас обманывали!
Тамара Петровна величественно опустилась в кресло.
— Я никого не обманывала. Я просто приняла разумное решение. Ольга — тоже моя дочь, и она имеет право на часть наследства.
— Часть? — взорвалась Марина. — Она получила всё! Всю квартиру! А мы что получили? Право и дальше бесплатно обслуживать вас?
— Марина! — Дмитрий попытался остановить жену, но она уже не могла сдержаться.
— Нет, Дима, хватит! Я больше не буду молчать! Тамара Петровна, вы поступили подло. Вы использовали нашу доброту, нашу порядочность. Вы манипулировали нами все эти годы!
Свекровь холодно улыбнулась.
— Какие громкие слова. Манипулировала… Использовала… А что, разве я вас заставляла? Разве я просила меня к вам переселить? Это вы сами предложили, когда я сломала ногу. Я даже сопротивлялась поначалу, помните?
Это была правда, и от этого становилось ещё обиднее. Действительно, три года назад, когда Тамара Петровна упала и сломала шейку бедра, именно Дмитрий настоял, чтобы мать переехала к ним. Марина тогда согласилась, считая это временной мерой. Но временное, как известно, часто становится постоянным.
— Знаете что, — Марина выпрямилась и посмотрела свекрови прямо в глаза. — Раз вы так прекрасно всё продумали, раз у вас есть дочь Ольга, которой вы доверили своё имущество, то пусть она теперь и заботится о вас. Собирайте вещи. Завтра же переезжаете к ней.
Тамара Петровна побледнела. Впервые за все годы Марина увидела в её глазах растерянность.
— Что? Вы не можете… Дима, скажи ей!
Дмитрий молчал, глядя в пол. Он чувствовал себя преданным. Не столько из-за квартиры, сколько из-за того, что мать не посчитала нужным даже предупредить его о своём решении.
