По залу прокатился одобрительный гул. Игорь вскочил с места.
— Марина! Почему ты не сказала? Это же потрясающе!
— Я хотела сделать сюрприз, — улыбнулась Марина. — Сделать ремонт, обустроить всё. И вот, квартира готова. Мы можем переезжать хоть завтра.
— Это чудесно! — воскликнула Валентина Петровна. — Наконец-то у вас будет собственное жильё! Игорь, сынок, поздравляю!
— Есть только один нюанс, — продолжила Марина, и в зале снова стало тихо. — Квартира оформлена только на меня. И останется оформленной только на меня.
Валентина Петровна поперхнулась шампанским.
— Что значит только на тебя? А как же Игорь? Вы же семья!
— Именно, — кивнула Марина. — Мы семья. И в семье должно быть доверие. Но вы, Валентина Петровна, учили меня другому. Помните, как вы предлагали купить нам квартиру, но оформить её только на Игоря? Чтобы у него была «крыша над головой» в случае развода?
Свекровь побледнела. Гости переглядывались, чувствуя нарастающее напряжение.
— Я… я просто заботилась о сыне…
— А я забочусь о себе, — отрезала Марина. — Видите ли, Валентина Петровна, я всё слышала. Все ваши разговоры о том, что я пустоцвет. Что не достойна вашего сына. Что лучше бы он женился на какой-то Светочке.
— Марина! — Игорь был в шоке. — Что происходит?
Марина повернулась к мужу.
— Твоя мама месяцами обрабатывала тебя, настраивала против меня. И знаешь что? Это работало. Ты начал отдаляться, стал холоднее. Перестал говорить о детях, хотя раньше мы оба этого хотели.
— Это неправда! — вскричала Валентина Петровна. — Я никогда…
— Я всё слышала, Валентина Петровна. Каждое ваше слово про то, что я недостойна вашего сына.
И вот тут произошло то, с чего началась эта история. Марина произнесла эти слова, глядя прямо в глаза свекрови. Зал замер.
— У вас есть выбор, — продолжила Марина, обращаясь теперь к Игорю. — Ты можешь переехать со мной в нашу новую квартиру. Но там не будет места для ежедневных визитов твоей мамы. Не будет места для её советов, вмешательства и попыток контролировать нашу жизнь. Или ты можешь остаться с ней. Выбор за тобой.
Игорь смотрел то на жену, то на мать. Валентина Петровна вцепилась в его руку.
— Игорёк! Она же шантажирует тебя! Какая жена так поступает?
— Та, которая устала быть третьей лишней в собственном браке, — ответила Марина. — Игорь, я люблю тебя. Но я не могу больше жить под контролем твоей матери. Не могу слушать, как она называет меня пустоцветом за нашей спиной.
— Мам, — Игорь повернулся к Валентине Петровне. — Это правда? Ты правда так говорила о Марине?
— Я… я просто волновалась! Вы же пять лет женаты, а детей нет!
— Мы проходим лечение, мам! Ты же знаешь!
— Но может быть, с другой женщиной…
— Хватит! — Игорь встал из-за стола. — Мам, я люблю тебя. Но Марина — моя жена. И если ты не можешь её уважать, то…
Он не договорил. Подошёл к Марине и взял её за руку.
— Покажешь нашу новую квартиру?
Марина улыбнулась. Впервые за долгое время искренне улыбнулась.
