Светлана закрыла глаза. Сколько раз она сама думала об этом? Сколько раз представляла, как мать будет вмешиваться в их жизнь, давать непрошеные советы, контролировать каждый шаг?
— Знаешь, мам… А помнишь, как в девятом классе я сбежала с уроков? С этим… как его… Витькой Самойловым?
— Еще бы не помнить, — в голосе матери мелькнула улыбка. — Ты же потом неделю дома сидела, боялась в школу идти.
— А ты меня не ругала. Даже папе не сказала. Просто сидела рядом по вечерам, задачки решала…
— Так ведь чего ругать-то? — вздохнула Валентина Петровна. — У каждого свои шишки должны быть. Главное — знать, что есть куда вернуться.
Светлана почувствовала, как щиплет глаза.
— Мам, переезжай. Мы правда хотим, чтобы ты была рядом. И Маше нужна помощь с математикой…
— А как же бомжи под окнами? — лукаво спросила мать.
— Ничего, установим решетки. Или собаку заведем… Маша давно просит.
Они проговорили еще час — о ремонте, о старых соседях, о Машиных проблемах в школе. Впервые за долгое время это был нормальный разговор — без напряжения, без скрытых обид и претензий.
Незаметно пролетели две недели. Оформление документов, выбор обоев, бесконечные списки того, что нужно купить… Светлана и не заметила, как втянулась в эту суету. Даже Олег, обычно равнодушный к бытовым вопросам, каждый вечер что-то чертил, высчитывал, созванивался с мастерами.
Маша тоже преобразилась. Теперь после школы она сразу бежала к бабушке — якобы помогать с упаковкой вещей, а на самом деле… В комнате пахло пирожками, на столе лежали раскрытые учебники, а они двое, склонив головы, что-то увлеченно обсуждали.
— Представляешь, — делилась дочь вечером, — оказывается, эти уравнения реально интересные! Бабушка такие примеры показывает…
Светлана только качала головой. Она-то помнила, как сама мучилась с этими уравнениями. Но, видимо, у матери был особый дар — находить подход к каждому ученику.
День переезда выдался на удивление солнечным. Грузчики работали быстро и аккуратно, соседи помогали с мелочами, даже дворник дядя Вася вызвался присмотреть за вещами.
Валентина Петровна суетилась, пытаясь угостить всех чаем, но руки предательски дрожали, и чашки позвякивали о блюдца.
— Мам, сядь, — Светлана мягко забрала у нее поднос. — Давай я сама.
Мать послушно опустилась на стул. В глазах блестели слезы.
— Сорок лет здесь прожили… Каждый угол памятный…
— Зато теперь будут новые воспоминания, — Светлана присела рядом. — Помнишь, как папа говорил? Жизнь — она как задача. Иногда нужно все переписать с чистого листа, чтобы найти правильное решение.
Валентина Петровна улыбнулась сквозь слезы:
— Умный он у нас был… Вот уж кто точно порадовался бы твоим успехам.
— Уверена. Он же всегда говорил: главное — чтобы человек на своем месте был. А ты нашла свое место, дочка. И в работе, и в жизни.
К вечеру все вещи были перевезены. Новая квартира, заставленная коробками и мебелью, казалась меньше, но уютнее. Олег с Машей занялись расстановкой, а Светлана повела мать показывать окрестности.
