Валентина замялась. Но тут на ее лице появилась злорадная улыбка.
— Мальчик, а тебя как зовут? — сладким голосом спросила она.
— Ваня, — ответил он, крепче сжав ладонь Кати.
— Ваня, значит… И где ты живёшь?
Катя легонько сжала ему руку.
— А скажи мне что-нибудь по-английски!
Никогда Катя не была так близка к провалу. Но тут Ваня легко заговорил — не по-русски и не по-немецки, а других языков Катя и не знала. Может, и правда, по-английски, похоже было на то, что дочь учила.
Валентина недовольно вздохнула.
— Ну ладно, передавай Машке привет.
Уже дома Катя спросила у мальчика:
— А на каком языке ты говорил?
— На английском. А на каком надо было?
— Ты правильно сделал, молодец, — похвалила его Катя. — А откуда английский так хорошо знаешь?
Получается, Маша и тут ее обманула. Сплошное вранье, и чем только Катя это заслужила! Говорит, что работает, а сама, значит, за границу летает. В Израиль! Уж не к своему ли африканцу?
Спала в ту ночь Катя плохо. Неспокойно было, грудь давило, словно кошка на ней сидела, хотя кошек Катя уже лет пять, как не держала. Думала, щенок, но нет — тот с Ваней спал. Она просыпалась, открывала глаза, смотрела во тьму. Ничего. Только сердце — тук-тук, тук-тук, тук-тук.
А утром она спросила у внука:
— Ты адрес-то свой знаешь?
— Знаю, — ответил он.
— А ключи у тебя от квартиры есть?
— Тогда поехали в город, — решилась Катя. — Проведаем мать.
Мальчик заметно повеселел, и Катя подумала — а что, так и скажет, что Ваня соскучился, а там уже разберутся как-нибудь, что к чему. Она позвонила Артёму и спросила:
— Ну, раз трубку взял, теть Кать, значит, дома, — усмехнулся он. — Автоответчиков не держим.
— Шутить с девчонками своими будешь, — отрезала она. — Сколько будет стоить до города меня свозить?
— Теть Кать, с тебя — нисколько! Когда ехать-то?
— Ну, все тогда, жди. А куда едем-то?
— Дочку хочу проведать.
Что-то в голосе Артёма не понравилось Кате, но об этом она решила подумать потом.
— У меня что, много дочек?
— Все, теть Кать, через десять минут буду!
Артём явился через пятнадцать минут — в чистой рубашке и причесанный. Катя, наконец, поняла перемену в его голосе, но вдаваться в подробности не стала. Назвала адрес, спросила, знает ли он, где эта улица и дом.
— Найдем! — беззаботно ответил Артем.
В машине было жарко и пыльно, Ваню быстро укачало, два раза вырвало. Катя поила его теплой водой из бутылки и вытирала личико влажным носовым платком. Через два часа укачало и саму Катю, так что она начала покрикивать на Артёма, который запутался в улицах и никак не мог найти нужную.
— Вот наш дом! — закричал вдруг Ваня, и Катя с Артёмом с облегчением выдохнули — дорога всех изрядно измотала. Они припарковались у подъезда, который указал Ваня, Катя вышла, разминая затекшие ноги, а мальчик уже в нетерпении пританцовывал рядом.
— А вдруг мама на работе? — спрашивал он. — Она не заругается? А ты сказала ей, что мы приедем?
