Артём слушал внимательно. После чего спросил:
— И чем я могу помочь?
— Мне надо будет в магазин, у нее там холодильник пустой совсем. Свозишь?
— Да не вопрос, теть Катя!
— Я только позвоню сейчас, погоди.
Катя купила в киоске карточку для таксофона и набрала знакомый номер.
— Катюша, — обрадованно забасил Олег. — Я уже и не надеялся тебя услышать!
— Так, давай без вступлений! Дело серьезное, Олег. Мне нужен врач.
— Не опять, а снова. Молчи и слушай. Тут другое дело. Серьезное. У меня дочка болеет. Говорит, что лечение помогло, но что она там понимает, мозгов-то как у… Короче, Олег — мне нужен самый лучший врач, понимаешь? Самый лучший! И только попробуй что-то сказать про свои условия…
— Ладно-ладно, я уже и не надеюсь… Будет тебе врач. Ты сама-то как?
Она хотела сказать, что хорошо, но внезапно в горле образовался ком, так что и вдохнуть было нечем. Рядом прогудел автомобиль, она вздрогнула.
— Катюша, ты меня слышишь? Ты где?
— Я… В таксофоне. И чем вы тут дышите? Смог такой, невозможно…
— Да, я же сказала — приехала к дочери. Она болеет. Помочь ей нужно.
— Так, может, я подъеду? Ты где?
Катя хотела сказать, что не надо, но тот комок снова помешал ей. И неожиданно для себя она сказала:
Потом было разное. И молодой веснушчатый врач («Неужели это лучший?»), и переезд Кати в город («На время, я тут дышать не смогу!), и даже ужин в ресторане (врач, и правда, оказался лучшим, так что отказывать было неловко). И как-то завертелась жизнь, закрутилась, так что теперь, встречая Валентину, Кате было, что ей рассказать. И она рассказывала. А Валентина дивилась и завидовала. А потом дочь Валентины родила ей двойню. И тогда уже Катя завидовала, потому что Машу хоть и вылечили, но детей у нее больше быть не могло. Зато у нее был Ваня — самый необычный и лучший внук на свете, который больше не боялся собак. А как тут бояться, когда у отчима свой питомник? Они с Олегом тоже собаку, кстати, завели и гуляли с ней по вечерам. Да, пришлось переехать, но Катя об этом не жалела — она умела быть благодарной.
