— Это значит, что мы не будем покупать вам квартиру в центре. У нас нет на это денег, и мы не собираемся влезать в новые долги или ухудшать жилищные условия нашей дочери.
— Ах вот как! — взвизгнула Галина Петровна. — Значит, для старой матери денег жалко! Я всю жизнь на Игоря положила, одна его растила, ночей не спала, а теперь что? Теперь я никому не нужна!
Марина закрыла глаза и досчитала до десяти. Эту песню она слышала сотни раз. Свекровь действительно растила Игоря одна после развода, но при этом получала неплохие алименты от бывшего мужа и помощь от своих родителей. К тому же, Игорю было уже четырнадцать, когда отец ушёл из семьи — не такой уж и ребёнок.
— Галина Петровна, никто не говорит, что вы не нужны. Просто мы не можем себе позволить…
— Можете, но не хотите! — перебила её свекровь. — Я всё понимаю. Нашла себе мужа с квартирой, окрутила его, и теперь мать родная ей не указ! Думаешь, я не знаю, сколько ты получаешь? Игорь мне рассказывал. Могла бы и поделиться с человеком, который вырастил твоего мужа!
Вот оно. Марина почувствовала, как щёки начинают гореть от злости. Свекровь в очередной раз намекала, что она вышла замуж за Игоря из корысти. Хотя на момент их знакомства у Игоря не было ничего, кроме съёмной комнаты и старенькой машины. Это Марина помогла ему найти нормальную работу, это на её деньги они копили первоначальный взнос на ипотеку.
— Я заканчиваю разговор, — сказала Марина, стараясь говорить спокойно. — Если хотите обсудить что-то конструктивное, звоните.
— А ты знаешь, что по закону Игорь обязан меня содержать? — вдруг сказала свекровь совершенно другим тоном — холодным и расчётливым. — Я могу подать в суд на алименты. И суд будет на моей стороне. Одинокая пенсионерка против сына с хорошей зарплатой — как думаешь, кого поддержат?
Марина остолбенела. За все годы их непростых отношений свекровь никогда не опускалась до прямых угроз. Манипуляции, слёзы, истерики — да. Но не юридические угрозы.
— Вы серьёзно? — спросила она, не веря своим ушам.
— Более чем. Я уже консультировалась с юристом. Он сказал, что у меня отличные шансы. Особенно если я расскажу суду, как вы выселили меня из квартиры сына в какую-то трущобу.
— Мы не выселяли вас! Мы купили вам отдельную квартиру!
— Которая не соответствует моим потребностям. У меня больные ноги, а там пятый этаж без лифта.
— Который постоянно ломается. Я всё записываю, между прочим. У меня есть целая тетрадь с датами, когда он не работал.
Марина поняла, что свекровь готовилась к этому разговору. Возможно, неделями или даже месяцами. Она собирала «доказательства», консультировалась с юристом, продумывала стратегию. И теперь, когда Марина впервые сказала ей «нет», решила пустить в ход тяжёлую артиллерию.
— Знаете что, Галина Петровна, — сказала Марина, чувствуя, как внутри неё что-то переключается. — Делайте, что хотите. Подавайте в суд, жалуйтесь, угрожайте. Мне всё равно.
— Что?! — взвизгнула свекровь. — Да как ты смеешь так со мной разговаривать! Я тебя…
