Наступила осень с холодными дождями. Ксения возвращалась домой, мечтая о тишине и горячем чае. Ещё открывая дверь квартиры, она услышала детский крик. Ещё не знала, чей это крик, но почувствовала, догадалась. Полина таскала на руках большого худенького мальчика, который просто кричал. А Саша пытался отвлечь его, строил рожицы, вертел пред ним своими машинками.
— Что здесь происходит? Кто это? — Сердце забилось тревожно и пугливо.
— Мам, наконец-то. Он есть хочет, наверное. — Полина старалась перекричать мальчика.
— Дай его мне. — Она взяла из рук Полины сына Романа.
Удивилась, какой он лёгкий. Оказавшись на руках у Ксении, мальчик вдруг замолчал, стал пристально разглядывать её. В наступившей тишине Ксения услышала звук спускаемой воды в унитазе.
— Кто там? — Ксения спрашивал Полину, как старшую, но ответил Саша:
Он не звал его отцом.
В дверях показался бывший муж. Всё такой же помятый и потухший, словно его достали из стиральной машины и забыли погладить.
— Прости. Мы шли из поликлиники, Даня описался… Я не знал, что делать. Смотри, он молчит у тебя на руках. Надо же. — Роман радостно посмотрел на Ксению.
— Ты что это придумал? Мне своего ребёнка решил подбросить? — Взвилась она.
— Нет, Ксюш, послушай…
Но она подошла, сунула бывшему мужу ребёнка, словно куль с тряпьём.
Её голос потонул в крике Дани. Оказавшись на руках отца, он снова начал орать.
— Вот видишь. Пожалуйста. Ты ему нравишься.
Пришлось Ксении взять Даню снова на руки, иначе от его рёва можно было оглохнуть.
— А что врачи говорят? — спросила она Романа уже миролюбиво.
— Что он скучает по матери. Она его не любит, не подходит к нему. Хочет отдать его в интернат для таких детей. Мне кажется, он понимает это и кричит. Врачи сказали, что если с ним заниматься, он будет вполне социально адаптированным. Я подумал…
— Ты подумал, что я могла бы стать ему лучшей матерью? Я угадала? С какой стати? У него есть своя мать. Отец, наконец.
— Я понимаю. Прости. Мы, пожалуй, пойдём. — Роман забрал сына, засунул его в комбинезон и ушёл.
Ксения смотрела на дверь какое-то время, думая о чём-то.
— Мам, он больной? Он наш брат, папин сын? Он будет теперь жить с нами?
Ксения посмотрела на Сашу и Полину, ожидавших её ответа. В их глазах она не увидела ни паники, ни возражения, только жалость. Нет, она не позволит Роману вернуться. Превратить её детей в нянек его больного сына.
— Нет. Он будет жить со своими родителями, — резко отрезала она.
А про себя подумала: «Я не выдержу этого. Ни за что».
До Нового Года было ещё далеко, но в магазинах уже продавали ёлочные игрушки, украшения для дома и сувениры с новогодней символикой. Ксения ходила по торговому центру в поисках подарков для детей и коллег. Увидела мать Романа, которая медленно шла мимо прилавков в распахнутой длинной шубе.
— А, Ксения. Какая неожиданная встреча. Тоже присматриваешь подарки? Правильно, а то ближе к празднику в магазинах не протолкнуться будет. Ты хорош выглядишь. Я так ругала Романа, что он ушёл от тебя, к этой…
