— Да что ты, Наташенька, сразу в штыки? — свекровь, Галина Ивановна, всплеснула руками, будто её обвинили в краже. — Это же временно! Тётя Света с Ваней просто поживут у вас, пока не найдут жильё в городе.
Наташа сжала губы, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Она стояла в своей уютной кухне, где ещё утром царили тишина и порядок. Теперь же на столе громоздились чужие сумки, а из гостиной доносились громкие голоса и смех. Тётя Света, дальняя родственница мужа, и её взрослый сын Ваня, которого Наташа видела от силы пару раз на семейных праздниках, ввалились в их дом час назад. Без звонка. Без предупреждения. Просто с чемоданами и широкими улыбками, будто их тут ждали с распростёртыми объятиями.
— Временно — это сколько? — Наташа скрестила руки на груди, стараясь говорить спокойно. — Неделю? Месяц? Год?
Галина Ивановна закатила глаза.
— Ну, Наташ, не будь такой придирающейся! Они же свои, родня! Ваня работу ищет, Света пенсию оформляет. Город большой, всё дорого, ты же знаешь.
— Знаю, — отрезала Наташа. — Но это не значит, что наш дом — гостиница для всех родственников Миши!
Свекровь поджала губы, её взгляд стал колючим.
— Вот уж не думала, что ты такая, Наташа. Миша всегда говорил, что ты добрая, гостеприимная. А тут — сразу «гостиница»!
Наташа глубоко вдохнула, пытаясь не сорваться. Дом, в который они с Мишей въехали два года назад, был их гордостью. Небольшой, но уютный, с деревянной верандой и маленьким садом, где Наташа высадила розы. Они с мужем долго копили на первый взнос, брали ипотеку, обживали каждый уголок. Здесь пахло их мечтами — утренним кофе, свежескошенной травой, детским смехом их пятилетней дочки Лизы. И вот теперь в этом доме, без её согласия, поселились чужие люди.
Из гостиной донёсся звонкий смех тёти Светы.
— Миш, а где у вас телевизор включается? — крикнула она. — Хочу новости посмотреть!
Наташа стиснула зубы. Миша, её муж, конечно же, был там, в гостиной, развлекал гостей. Он уже привычно улыбался, помогая тёте Свете разбирать её сумку, будто это его дом, а не их общий.
— Миш, я сама разберу, — тётя Света отмахнулась от его помощи, сгребая с дивана ворох своих платьев. — Ты лучше скажи, где у вас тут стиральная машина? Надо бельё перестирать, а то дорога долгая, всё пропылилось.
Наташа почувствовала, как её пальцы сжались в кулаки. Она бросила взгляд на свекровь, которая уже копалась в кухонных шкафах, выискивая что-то для ужина.
— Галина Ивановна, — Наташа старалась говорить ровно, — вы с нами не согласовали их приезд. Мы с Мишей вообще не в курсе были!
— Ой, Наташ, да что тут согласовывать? — свекровь махнула рукой, будто отгоняя муху. — Это же не чужие, это тётя Света! Мишина родня! Я думала, он тебе сказал.
— Не сказал, — отрезала Наташа. Её голос задрожал, но она заставила себя выпрямиться. — И я бы хотела, чтобы такие вещи обсуждались заранее.
Галина Ивановна посмотрела на неё с лёгкой укоризной.
— Наташенька, ты же не хочешь, чтобы родня по гостиницам мыкалась? Они же ненадолго.
