— Выход? — она посмотрела ему в глаза. — Сережа, я хочу знать всё. Про Виталия. Про долг. Про всё, что ты от меня скрыл.
Он вздохнул, потирая шею. Молчание длилось целую вечность.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Виталий — не просто друг. Он… он занимается такими вещами. Даёт деньги под проценты. Я думал, что смогу быстро вернуть. Но бизнес не пошёл. А проценты… они растут.
— Сколько ты ему должен? — Ирина старалась говорить спокойно, но голос дрожал.
— Полтора миллиона, — выдавил он. — С процентами.
Ирина закрыла глаза. Полтора миллиона. Это было больше, чем она могла представить. Больше, чем они могли выплатить. Она хотела кричать, но вместо этого просто спросила:
— И что он хочет теперь?
— Он знает про квартиру, — Сергей говорил тихо, почти шёпотом. — Сказал, что это единственный способ закрыть долг. Иначе…
— Иначе что? — Ирина вскочила. — Он что, угрожает тебе?
Сергей молчал. Его молчание было хуже любых слов. Ирина почувствовала, как страх сменяется яростью. Она не позволит какому-то Виталию разрушить её жизнь. Но как? Как выбраться из этого?
— Сережа, — она посмотрела на него, и в её голосе была сталь, — я не отдам квартиру. Но я помогу тебе. Мы найдём выход. Но ты должен рассказать мне всё.
Он кивнул, но в его глазах было сомнение. Ирина не знала, верит ли она сама в свои слова. Но одно она знала точно: она будет бороться. За свою квартиру. За свою жизнь. И, может быть, за их брак.
Через неделю Ирина и Сергей встретились с Ольгой Викторовной. Юрист предложила составить семейный договор — документ, который признавал бы квартиру добрачным имуществом Ирины, но учитывал бы вложения Сергея. Это был компромисс. Не идеальный, но возможный. Сергей согласился, хотя Ирина видела, что он всё ещё боится. Боится Виталия, долгов, будущего.
— Это не решит всё, — предупредила Ольга Викторовна. — Долг вашему мужу всё равно придётся выплачивать. Но квартира останется вашей.
Ирина кивнула. Она смотрела на Сергея, который сидел, опустив голову, и пыталась понять, что чувствует. Любовь? Жалость? Злость? Всё смешалось. Но она знала одно: она не сдастся. И, может быть, они с Сергеем смогут начать заново. Или нет. Это зависело от него.
— Сережа, — тихо сказала она, когда они вышли из офиса. — Ты со мной?
Он посмотрел на неё, и впервые за долгое время в его глазах мелькнула искра. Та самая, как на первых их встречах.
— Я с тобой, Ира, — сказал он. — Прости меня.
Она не ответила. Но в глубине души надеялась, что он говорит правду.
