Дни тянулись, как резина. Катя обосновалась в их гостиной, превратив её в свой личный лагерь. Её вещи — одежда, косметика, какие-то блокноты с «гениальными бизнес-идеями» — были разбросаны повсюду. Света находила её туфли под диваном, заколки на кухонном столе, а однажды даже наткнулась на Катины духи в ванной. Запах цветочного парфюма, резкий и приторный, въелся в полотенца, и Света с трудом сдержалась, чтобы не выкинуть флакон в мусорку.
Каждое утро начиналось одинаково: Катя спала до полудня, потом бродила по квартире в пижаме, листала телефон, громко смеялась. Антон уходил на работу, оставляя Свету наедине с этим хаосом. Она пыталась говорить с ним, но каждый раз разговор заканчивался одним и тем же:
— Свет, она же моя сестра. Потерпи немного.
— Немного? — Света почти кричала, стоя посреди спальни, сжимая в руках подушку. — Антон, она живёт у нас неделю! И я не вижу, чтобы она собиралась съезжать!
— Я поговорю с ней, — повторял он, как заезженная пластинка. — Обещаю.
Но разговоров не было. Антон либо избегал Кати, либо поддавался её уговорам «дать ей ещё немного времени». А Света чувствовала себя всё более чужой в собственном доме.
Всё изменилось в пятницу, когда позвонила Лена. Света как раз мыла посуду, стараясь отвлечься от шума телевизора, который Катя включила на полную громкость.
— Свет, я кое-что нашла, — голос Лены звучал взволнованно. — Ты сидишь?
— Нет, стою по локоть в мыльной воде, — буркнула Света. — Что там?
— Я проверила по твоей Кате. И, знаешь, она не совсем бездомная, как тебе рассказывает.
Света замерла, чуть не выронив тарелку.
— Что значит — не бездомная?
— Она сняла квартиру, — Лена понизила голос, будто боялась, что её услышат. — Месяц назад. В центре, в новостройке. Я видела договор аренды — знакомый риелтор помог. И, Свет, это не дешёвая однушка. Двушка, с ремонтом, мебелью, всем делами.
— Как? — Света почувствовала, как кровь приливает к вискам. — Она же говорила, что её выгнали! Что у неё нет денег!
— Ну, это ещё не всё, — Лена помолчала. — Она не безработная. У неё есть страница в соцсетях, где она продаёт какие-то курсы по личностному росту. И, судя по всему, дела идут неплохо. Я нашла её фотки с отдыха в Турции пару месяцев назад. Не похоже, что она на мели.
Света опустилась на стул, чувствуя, как мир вокруг начинает кружиться. Катя лгала. Лгала всем — ей, Антону, Нине Петровне. Но зачем? Зачем приезжать к ним, проситься жить, если у неё есть своя квартира и доход?
— Лен, ты уверена? — голос Светы дрожал.
— На сто процентов. Я могу скинуть тебе скрины договора и её страницу.
— Скинь, — Света сжала телефон. — И спасибо. Ты даже не представляешь, как это важно.
Когда Лена прислала фотографии, Света долго смотрела на экран. Договор аренды, подписанный Катей, адрес в центре города, сумма — больше, чем Света зарабатывала за месяц. А ещё — яркие посты в соцсетях, где Катя позировала на фоне моря, в дорогих платьях. «Живи ярко! Верь в себя!» — гласили подписи. Света почувствовала, как внутри закипает ярость.
