— Я думала… — она запнулась. — Думала, что семья так делает. Помогает друг другу.
— Помогает, — кивнула Света. — Но не за мой счёт. Эта квартира — моё. От бабушки. Это не просто стены, это память. И я не хочу, чтобы кто-то решал за меня, что с ней делать.
Нина Петровна молчала, глядя в пол. Антон сел рядом с ней, положив руку на её плечо.
— Мам, мы всегда будем помогать Кате, если ей правда нужна помощь. Но не так. Не враньём. И не за счёт Светы.
Свекровь кивнула, и Света вдруг заметила, как её плечи опустились, будто с них сняли тяжёлый груз.
Через несколько дней Света получила сообщение от Лены.
— Свет, ты не поверишь, — писала подруга. — Катя съехала из той квартиры в центре. Видимо, не потянула аренду. Но знаешь что? Она сняла комнату в коммуналке. И, похоже, начала работать.
Света перечитала сообщение, чувствуя странное облегчение. Катя, похоже, наконец-то взялась за ум. Или хотя бы начала.
— А ты молодец, — добавила Лена. — Не поддалась на их манипуляции.
Света улыбнулась, но внутри всё ещё было неспокойно. Она знала, что Нина Петровна не из тех, кто легко меняется. И всё же что-то в её поведении в тот день — в той тишине, в опущенных плечах — давало надежду.
Прошёл месяц. Света с Антоном закончили ремонт в двушке и сдали её молодой паре. Деньги от аренды шли на ипотеку, и впервые за долгое время Света почувствовала, что они снова на одной волне с мужем. Антон стал чаще говорить «нет» — не только Кате, но и своей маме. А Нина Петровна, к удивлению Светы, начала звонить реже и спрашивать, удобно ли приехать.
Однажды вечером, когда они сидели на диване, укутавшись в плед, Антон вдруг сказал:
— Знаешь, я горжусь тобой.
Света удивлённо посмотрела на него.
— За то, что ты отстояла своё, — он улыбнулся. — И за то, что не дала мне остаться слепым. Я правда не видел, как мама и Катя перегибают палку.
Света положила голову ему на плечо.
— А я горжусь тобой, — тихо сказала она. — Ты наконец-то поговорил с ними. Честно.
Антон обнял её крепче.
— Я подумал… может, устроим выходные только для нас? Без звонков, без гостей. Только ты, я и этот дом.
Света улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Но история не закончилась так просто. Через пару недель Нина Петровна приехала в гости — с предупреждением, что само по себе было чудом. Она привезла домашний пирог и, к удивлению Светы, начала разговор не с упрёков, а с извинений.
— Светочка, — сказала она, неловко теребя салфетку, — я была неправа. Насчёт Кати. И насчёт твоей квартиры. Я. я привыкла всё решать за всех. Но ты права — это твоё.
Света замерла, не зная, что ответить. Она ожидала чего угодно, но не этого.
— Нина Петровна, — начала она осторожно, — я ценю, что вы это сказали. И я не против помогать Кате. Но… мне нужно, чтобы мои границы уважали.
Свекровь кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Я постараюсь, — сказала она. — Не обещаю, что сразу получится. Но я попробую.
