Через час она сидела в уютной кухне Лены, в старой хрущёвке на другом конце города. Лена, невысокая, с короткими рыжими волосами и вечной улыбкой, наливала чай и слушала, как Катя выплёскивает всё, что накопилось.
— Он реально сказал, что съедет? — Лена округлила глаза, ставя чайник на стол. — Серьёзно?
— Серьёзно, — кивнула Катя, теребя край скатерти. — И я не знаю, что делать. Я его люблю, Лен. Правда люблю. Но эта его мать… Она как танк. Всегда была такой. А теперь ещё и эта идея с долей в квартире.
— Погоди, — Лена нахмурилась. — А почему Галина Ивановна вдруг решила, что ей нужна доля? Она же свою квартиру продала. Деньги где?
— Вот и я не понимаю! — Катя всплеснула руками. — Сергей говорит, что она хочет быть ближе к нам, что ей в деревне плохо. Но почему именно моя квартира? Почему не купить что-то отдельное?
Лена задумчиво постучала пальцами по столу.
— А ты с ней самой говорила? Без Серёжи?
Катя покачала головой.
— Не могу. Она меня подавляет. Всегда подавляла. Помнишь, как она на свадьбе заявила, что я «неправильно» торт разрезала?
— Ох, да, — Лена рассмеялась, но тут же посерьёзнела. — Кать, тебе надо с ней поговорить. Прямо. Без посредников. Иначе Сергей будет между вами, как между двух огней.
— Я знаю, — Катя вздохнула. — Но как? Она же… она как стена. Непробиваемая.
— А ты не пробивай, — Лена подмигнула. — Обойди. Найди подход. Ты же умная, Кать. Ты всегда находила выход.
Катя улыбнулась, впервые за утро почувствовав лёгкое тепло внутри. Лена всегда умела её подбодрить. Но мысль о разговоре с Галиной Ивановной вызывала дрожь.
— А если она меня просто раздавит? — тихо спросила Катя.
— Тогда ты встанешь и отряхнёшься, — твёрдо сказала Лена. — Ты не из тех, кто сдаётся.
Вечером Сергей вернулся домой поздно. Катя сидела на диване, листая новости в телефоне, но мысли её были далеко. Она уже приняла решение: завтра она позвонит Галине Ивановне и договорится о встрече. Без Сергея. Без ультиматумов. Просто два взрослых человека, которые поговорят.
— Ты как? — спросил Сергей, снимая куртку.
— Нормально, — ответила Катя, не поднимая глаз. — Завтра поговорю с твоей мамой.
Он замер, явно не ожидая такого поворота.
— Серьёзно, — она посмотрела на него. — Но это не значит, что я согласна на твои условия. Я просто хочу понять, что происходит.
Сергей кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение.
— Хорошо. Может, так будет лучше.
Катя промолчала. Она не была уверена, что будет лучше. Но одно она знала точно: она не позволит никому — ни мужу, ни его матери — отнять у неё то, что она строила годами.
— Или моя мать получает долю в квартире, или я съезжаю! — слова Сергея всё ещё звенели в ушах Кати, когда она на следующий день набирала номер Галины Ивановны
— Алло, Катя? — голос свекрови в трубке звучал удивлённо, но с привычной ноткой властности. — Что-то случилось?
